Любимая адептка Его Величества. Книга 4

Но никто не вылез!

– Леди Маргарита, попробуйте связаться с Георгом, – запоздало осенило Вирста. – Ведь у вас тоже есть средство связи?

Угу. Средство было. Но татушка ощущалась не как обычно. Лопатку, на которой красовался иероглиф, заметно холодило. Такой же холод разливался в месте, где расположился странно притихший Шарш.

– Хватит, – прошептала я. – Не паникуй.

Вот зуб даю, что меня безмолвно послали в далёкое эротичное путешествие.

Только деваться было по-прежнему некуда, и мы продолжили движение по неведомому коридору.

Впрочем, в конце пути нас ждала не актиния…

Медленно, настороженно, мы вышли в просторный зал, в центре которого располагался прямоугольный бассейн, заполненный некой жидкостью – именно эта жидкость и мерцала.

А в центре бассейна, на небольшом каменном островке, стоял каменный же саркофаг.

– Мать… вашу, – снова не выдержал Вирст.

Он боялся. Вот совершенно точно! Зато я посмотрела с любопытством.

Потом засунула шпагу за кожаный ремешок платья и сделала несколько шагов к кромке ""воды"".

– Не надо, леди Маргарита. Не приближайтесь.

Вирст сказал, а в висящей на его плече объёмной сумке, наконец, заворочались котики. Первым морду высунул Жрец и огласил мир противным, разгневанным мявом. Затем показалась и голова Фиалки – кошка смотрела очень круглыми глазами.

Ну а я…

Я не местная! Я понятия не имела, куда мы влезли! Поэтому и спросила:

– И всё-таки где мы?

– Понятия не имею, ваше вели… – Вирст осёкся и поправился: – Леди Маргарита.

Мы застыли, потому что тишина, висевшая в зале, стала какой-то совсем уж гулкой. Ни звука, ни шелеста, даже собственное дыхание превратилось в нечто абсолютно неслышимое. Будто его и нет.

По моей спине опять побежали пугливые мурашки, а потом нам, вернее мне, ответили:

– Вы в гостях.

Ы! Хороши же «гости»! Привели насильно.

– Кто здесь? – воскликнул Вирст, выхватывая оружие.

Сказал и застыл.

Не в переносном, а в прямом смысле. Воин замер на середине своего движения – словно окаменел.

А вместе с ним застыли и коты! Жрец с приподнятой губой и обнажённым клыком, и шокированная происходящим нежная Фиалка.

Только вот парадокс – ничего, кроме лёгкого беспокойства я при этом не испытала.