Любимая адептка Его Величества. Книга 4

Я бы не узнала Георга, не влюбилась… Впрочем, учитывая историю моей мамы, я бы рано или поздно оказалась в Биорме.

Но в Биорме, опять-таки, нет Георга, а раз так…

Я бездумно уставилась на море. Грусть отступала, но внезапно накатило какое-то беспокойство. Словно я что-то упускаю. Не учитываю некую вещь.

И я всё-таки сообразила. Боксби!

Если верить сведениям, полученным от людей Георга, Боксби наводил справки о герцогине Сонтор задолго до нашей встречи. А ещё та доска в землянке негодяя Юдиуса…

Юдиус и Боксби как-то связаны, это точно.

И почему у меня такое чувство, что Боксби меня бы в любом случае привёл?

Эти мысли оказались тёмными, неприятными, они совсем не соответствовали окружающей воздушной обстановке и вообще ситуации. Я заставила себя отбросить мрак и опять посмотрела на Георга.

Так он до свадьбы заблокирован? Мм-м… какой интересный момент.

А потом мне вспомнилась изначальная идея, чемодан, где ждали своего часа блестящие квадратики, и стало очень радостно от того, что мне не придётся предлагать его величеству презервативы.

Фантазия на этом моменте встрепенулась и быстро нарисовала картину того, как, после бурного поцелуя, вручаю королю резиновое изделие и пытаюсь объяснить, что именно с ним делать. И как Георг смотрит на меня большими такими глазами…

Стоило представить лицо монарха, и меня пробрал смех.

– Что? – тут же подключился Георг. Не тот, который из фантазии, а настоящий, всамделишный.

– Нет, ничего.

– Маргар-рита? – повторил он с лёгким нажимом.

– Прости, не скажу!

Не простил. Извлёк из расшитого камзола злосчастный блокнот, карандаш, и принялся записывать.

От этого я покатилась ещё больше!

– Маргар-рита! – не оценил его величество.

Ой, всё. Сейчас со стула свалюсь!

Георг

Разговаривать с любимой адепткой на интимные темы было странно. Но при этом и весело – леди краснела как маков цвет!

Я сидел и любовался её щеками, хотя пару раз меня и самого задело.

Вопрос про защитное зелье вызвал особые эмоции. Любопытство Маргариты взбудоражило нервы и кровь.

Пришлось выпить холодной воды, чтобы успокоиться, и вспомнить про научение Крэйва – про записи. После фиксации произошедшего в блокноте от сердца немного отлегло.