Уэс и Торен

Но долго держать их закрытыми я не мог: мне был необходим Уэсли; я должен был видеть смену выражений на его лице, от напряженного удовольствия до радости и послеоргазменного облегчения; должен был следить за длинными сильными пальцами, размазывающими выступившую смазку по всему стволу, в то время как другая рука играла с яичками. Моя собственная разрядка подступала все ближе, я вскидывал бедра навстречу движениям руки все чаще, борясь с желанием просунуть палец в теплое и тугое колечко мышц.

Взгляд Уэсли обжигал.

- Это была самая эротическая вещь из тех, что мы когда-либо делали, - выдохнул он между частыми вдохами с довольной улыбкой на красивом лице.

- Ага, - шепнул я, все еще не справившись с дыханием, и убрал руку с члена. На коже выступил пот, и сам я горел изнутри, как будто у меня поднялась температура. Но мое настроение значительно улучшилось по сравнению с тем, которое было еще десять минут назад.

- Ты все еще твердый, - заметил Уэсли, с полуулыбкой направляя взгляд на мои бедра.

- Как и ты, - ответил я и, глянув на него, быстро отвернулся, пытаясь силой воли потушить вновь растущее желание.

Уэсли отбросил одеяло в сторону и улегся на спину. Погладив член, приглашающе улыбнулся.

- Забирайся, - сказал он мягким чуть хрипловатым голосом, отлично зная, что такой тон, чувственный и сексуальный до невозможности, действует на меня наподобие афродизиака - это была именно та интонация, которую он всегда использовал, когда хотел завести меня с пол-оборота.

Я покачал головой, хотя и хотел этого больше всего на свете.

- Нет, - произнес я медленно, снова качая головой.

Уэсли выпрямился и коснулся рукой моего лица.

- Ну же, детка. Я знаю, что ты хочешь, ты знаешь, что я хочу - мы оба хотим одного и того же. Уж поверь - это не то, что способно меня сломать.