Уэс и Торен

Последней оказалась еще одна коробка от мамы: большая, она была перевязана красным бантом, а внутри лежал бордовый свитер-водолазка. Увидев его, я предусмотрительно сдержал смех: большинство мужчин отвергало такую одежду и, по правде, это даже не стоило пробовать носить. Но когда мама уговорила Уэсли примерить подарок, и он, уступив, натянул свитер через голову, - я убедился, что был неправ: он выглядел потрясно. Водолазка не была такой длинной, как я предположил в начале, и она не сковывала движения, а еще очень шла Уэсли, что подтвердил такой компетентный эксперт в моде, как Алисия.

Уэсли еще раз поблагодарил нас всех за подарки объятиями и поцелуями, и мы вернулись к столу, чтобы поджечь девятнадцать свечей на торте, напевая песню с днем рождения (правда, в нашем исполнении она больше походила на похоронную панихиду, а не на бодрую и жизнерадостную мелодию).

Задув все свечи с первой попытки, Уэсли подмигнул мне, позволяя догадаться, что он загадал. Он пока никак не прокомментировал художественное оформление торта, кроме того, что сказал спасибо, но Алисия была бы не Алисия, если бы не спросила напрямик, как ему понравился цветочный мотив.

- Я не собирался ничего говорить, - рассмеялся Уэсли, вытаскивая из торта свечи. - Он красивый, но немножко смахивает на девчачий.

- Знаю! И именно поэтому он прекрасен! - воскликнула сестра, на миг оторвавшись от свечей, с низа которых она слизывала шоколад.

- Какой же ты еще ребенок, - вздохнул Уэсли под наш с мамой смех.

Наконец наступила очередь сладкого: я расставил тарелки с тортом, и Алисия положила сверху на него мороженое.

Когда стало совсем уже поздно, мы засобирались домой, не забыв взять с собой подарки и половину торта, ведь никто не отменял маминой работы и Алисиной школы. Зайдя в квартиру, я первым делом заметил, что лампочка на автоответчике призывно мигает. Не задумываясь, я положил на стол запакованный торт и нажал на кнопку.