Ученица. Предать, чтобы обрести себя

Отец прочел все статьи о моей стипендии.

– Ты ни разу не упомянула о домашнем образовании, – сказал он. – Думаю, ты должна была проявить больше благодарности нам с матерью за то, что мы не отдали тебя в публичную школу. Смотри, каких успехов ты добилась. Ты должна была сказать, что все это благодаря домашнему образованию.

Я промолчала. Отец счел мое молчание просьбой о прощении.

Естественно, ему не понравилось, что я поеду в Кембридж.

– Наши предки рисковали жизнью, пересекая океан, чтобы бежать из этих социалистических стран.

Я снова промолчала.

– Я не приеду на твой выпускной, – сказал отец. – У Господа и без того ко мне вопросы, чтобы гневить Его из-за твоих профессоров.

– Тебе не придется, – спокойно ответила я.

– Если Господь спросит меня, я встану и скажу.

– Тебе не придется, – повторила я.

– Я не пойду никуда, где не принимают дух Господень.

Вот такой состоялся разговор. Я надеялась, что на этом все закончилось, но отец так обиделся, что я ничего не сказала о домашнем образовании, что эта новая рана терзала его постоянно.

Накануне церемонии, где мне должны были вручить премию как «самому выдающемуся выпускнику» от исторического факультета, состоялся официальный ужин. Я ждала родителей у входа, но они так и не приехали. Позвонила маме, думая, что они опаздывают. Она сказала, что они не приедут. Я пришла на ужин и получила памятную табличку. Единственные свободные места в зале были за моим столом. На следующий день состоялся обед для почетных выпускников.

После обеда я позвонила маме.

– Отец не приедет, пока ты не извинишься, – сказала она. – Я тоже.

Я извинилась.

– Он может говорить что захочет. Но, пожалуйста, приезжайте!

Они пропустили большую часть церемонии. Не знаю, видели ли они, как мне вручают диплом. Помню, как стояла с друзьями, пока не зазвучала музыка.

Меня спрашивали о школе, о том, как школьные учителя подготовили меня к такому успеху. Ни одному репортеру я не сказала, что никогда не училась в школе."

"После церемонии я в одиночестве стояла на лужайке, наблюдая за студентами и их родителями. И тут я увидела своих родителей. Мама обняла меня.