Ученица Ледяного Стража. Избранница Стужи. Книга 2 (СИ)

Облокотился на дверь рядом с моей головой, и теперь наши лица снова были очень близко. Глава в глаза. Нужно было сделать или сказать что-нибудь умное. Например, бочком отползти в сторону и удрать на другую сторону комнаты.

Нам стоит держаться друг от друга подальше. Для Севера последний из Аабергов и внебрачная дочь Правящей герцогини — гремучая смесь. Если кто-то узнает… Да и что скажет мой отец, было страшно представить. А еще я только что смогла скрыть метку. Неясно, как развитие рисунка повлияет на только что обретенную маскировку.

Но вместе с этим внутри зрело любопытство. До этого мы целовались исключительно в обстоятельствах, когда я была не в себе. Яд иглоспина, первая спонтанная “проверка связи” со Стужей, да еще и при таком потрясении для меня. Не думаю, что кто-то из нас двоих способен на подобные безумства на трезвую голову.

Я постаралась заглушить разочарование, которое вызвала эта мысль, и попыталась скользнуть в сторону. Но этого мне не позволили.

Поцелуй, который за этим последовал, был дурманящим и жадным. А еще до безобразия коротким. Или мне теперь всегда будет мало? Но пульсация на запястье сообщала, что продолжать не стоит. Вестейн перестал терзать мои губы и шепнул:

— Никогда больше так не делай.

Он сделал многозначительную паузу, и я пробормотала:

— Постараюсь.

Нужно было заверить его, что я все осознала и больше никогда. Но язык не повернулся врать. А еще ужасно не хотелось, чтобы он уходил. К счастью, тут у меня хватило ума промолчать и не просить Вестейна об этом.

Короткий стук дверь прервал повисшую тишину. Куратор ловко отодвинул меня в сторону и открыл дверь. Служанка, пыхтя и кланяясь, занесла в комнату свежую постель. Я уставилась на девушку круглыми глазами.

— Спи, — сухо приказал он и вышел.

Вот тебе и время подумать над своим поведением… Зато после поцелуя и нового матраса обида испарилась. Я сбросила форменный пиджак, отстегнула меч и с наслаждением растянулась на постели. От меча пришла волна удовлетворения. Вот кто уж точно доволен нашим поцелуем.

“И я,” — произнес в моей голове Свейт.