Убийство в проходном дворе: четыре дела Эркюля Пуаро

– Что же, мисс Кардуэлл, – майор Риддл на мгновение замолчал, – видимо, это все. Как вы думаете, мисс Шевенэ-Гор достаточно хорошо себя чувствует, чтобы спуститься и поговорить с нами?

– Думаю, да. Я скажу ей.

– Одну минуточку, мадемуазель, – вклинился Пуаро. – Вы видели прежде этот предмет? – Он показал ей карандаш-пулю.

– Мне кажется, он принадлежит полковнику Бери.

– Он забрал его, когда вы закончили роббер?

– Понятия не имею.

– Благодарю вас, мадемуазель. Это все.

– Хорошо. Я скажу Рут.

Мисс Шевенэ-Гор вступила в комнату подобно королеве.

– Итак? – сказала Рут.

– Нам очень жаль вас беспокоить… – начал майор Риддл.

– Конечно, вы обязаны побеспокоить меня, – перебила она его.

– Вы не заметили ничего странного в его поведении сегодня? Может, он был подавлен или слишком возбужден… ничего ненормального?

– Вряд ли. Я не заметила…

– Когда вы видели его в последний раз?

– За чаем.

– Вы потом не заходили к нему в кабинет? – спросил Пуаро.

– Нет. В последний раз я видела его в этой самой комнате.

Она указала на кресло.

– Понятно. Вам знаком этот карандаш, мадемуазель?

– Да, это вещь полковника Бери.

– Вы видели его недавно?

– Не помню.

– Известно ли вам что-нибудь о… разногласиях между сэром Жервасом и полковником Бери?

– Вы имеете в виду «Парагон синтетик раббер сабститьют»?

– Да.

– Кое-что известно. Старик был просто в бешенстве!

– Может, он считал, что его обманывают?

Рут пожала плечами:

– Он ничего не смыслил в финансах.

– Могу ли я задать вам один вопрос, мадемуазель, – сказал Пуаро, – несколько не относящийся к делу?

– Конечно, если вам угодно.

– Вы… вас огорчила смерть отца?

Она уставилась на него.

– Конечно. Я не бьюсь в рыданиях. Но мне будет не хватать его… Мне нравился старик – так мы всегда его называли, Хьюго и я. Старик – понимаете, это что-то примитивное, этакий патриарх племени человекообразных обезьян. Звучит непочтительно, но на самом деле в этом слове много привязанности.