Убийство в проходном дворе: четыре дела Эркюля Пуаро

 – Была ли между вами и сэром Жервасом напряженность по поводу компании «Парагон синтетик раббер сабститьют»?

Полковник Бери внезапно побагровел.

– Вовсе нет. Вовсе нет, – зачастил он. – Старик Жервас был слишком высокого о себе мнения, не следует об этом забывать. Он всегда ожидал, что все, к чему он ни прикоснется, обернется золотом! Он не понимал, что весь мир находится в кризисе. И это влияет на все акции!

– Значит, между вами все же были кое-какие проблемы?

– Никаких проблем. Просто эта чертова самоуверенность Жерваса!.

– Он обвинял вас в своих потерях?

– Жервас был ненормальным! Ванда это знала. Но она всегда умела с ним управляться. И я спокойно оставил все это ей.

Пуаро кашлянул, и майор Риддл, глянув на него, сменил тему:

– Насколько я знаю, вы очень старый друг семьи, полковник Бери. Вы не предполагаете, кому он мог завещать деньги?

– Ну, как я полагаю, основная часть достанется Рут. Я так понял по обмолвкам Жерваса.

– Вам не кажется, что это несправедливо по отношению к Хьюго Тренту?

– Жервас не любил Хьюго.

– Но он очень трепетно относился к семье. Мисс Шевенэ-Гор, в конце концов, всего лишь приемная дочь.

Полковник Бери помялся, помычал что-то под нос, затем сказал:

– Знаете, уж лучше я вам кое-что раскажу. Только прошу сохранять все это в тайне.

– Конечно-конечно."

"– Рут – незаконный ребенок, но она Шевенэ-Гор. Она дочь брата Жерваса, Энтони, который погиб на войне. У него была интрижка с машинисткой.

– Ага, – сказал Пуаро.

– Чтобы упорядочить ситуацию в семье. Это удовлетворяло его чувство правильности.

– Даже если он недолюбливал этого молодого человека и не доверял ему?

Полковник Бери фыркнул.

– Вы не понимаете старину Жерваса. Он не рассматривал людей как сознательные существа.