Ты только попроси. Сейчас и навсегда

– Эрик…

– Послушай, – быстро перебивает он меня, – я поговорил с владельцами паба, где ты работаешь, и все уладил. Тебе больше не нужно идти работать. Я…

– Что ты сделал?

– Малышка…

Я прихожу в ярость. Я снова прихожу в ярость.

– Да что же это такое?! Да кто ты такой, чтобы… чтобы… Ты сошел с ума?

– Дорогая. Я умираю от ревности и…

– О ревности я ничего знать не желаю, но я тебя точно убью. – Мой голос становится все тверже. – Ты забрал единственную работу, которая у меня была. Да кем ты себя возомнил, чтобы вытворять такое? Кем?!

Я понадеялась, что мои слова его разозлят, но не тут-то было.

– Я знаю, что мой поступок мог показаться необдуманным, но я хочу быть рядом с тобой, я в этом нуждаюсь, – упорствует мой Айсмен. Я по-настоящему таю, когда он добавляет: – И я не могу позволить, чтобы ты и дальше дарила свои прелестные улыбки и время кому-то другому, но не мне. Я люблю тебя, малышка. Я слишком тебя люблю, чтобы забыть тебя, и сделаю все что угодно, чтобы ты снова полюбила меня.

У меня наливаются слезами глаза. Я выдохлась. У меня закончились аргументы. Я запуталась. Мужчина, которого я люблю, стоит передо мной и произносит самые чудесные слова, которые я когда-либо слышала. Но я упорно стою на своем решении.

– Отпусти меня.

– Итак, это точно? Ты больше меня не любишь? – спрашивает он напряженным и взволнованным тоном.

Моя голова сейчас взорвется.

– Я этого не сказала, но мне нужно поговорить с Давидом.

Он продолжает меня держать.

– Зачем?

Несмотря на то что я околдована его страстным признанием, у меня хватает сил окинуть его холодным взглядом.

– Потому что он меня ждет, он заехал за мной и заслуживает объяснений.

Эрик кивает, и пусть ему это совсем не просто сделать, но он все же отпускает меня. Наконец я выхожу за Эриком из кухни. Когда Давид замечает меня, он издает восхищенный свист:

– Джудит, ты умопомрачительна.

– Спасибо, – отвечаю с натянутой улыбкой.

Не желая больше ни о чем размышлять, не желая продолжать разговор перед ошеломленными отцом и сестрой, я хватаю Давида под руку и увожу в сад, чтобы поговорить с ним наедине. Давид кивает. Он узнал в Эрике вчерашнего парня из паба.

Он понимает все, что я ему могу рассказать, и, чмокнув меня в щеку, уезжает. Я возвращаюсь в дом. Все на меня смотрят в ожидании, а Эрик протягивает руку, чтобы я ее взяла:

– Ты поедешь со мной?

Я не отвечаю.