Ты только попроси. Сейчас и навсегда

И мне больше не нужно было бежать к родителям. Кальмар оберегал меня, а я оберегала его.

– И где сейчас Кальмар?

– Умер, когда мне было пятнадцать лет. Он вместе с моей мамой на небе.

Его удивляет мое откровение о матери. Я опускаю историю об усыплении Курро, иначе все выглядело бы очень жестоко.

– Да, Флин, моя мама, как и твоя, тоже умерла. Но знаешь, что? Даже оттуда мама и Кальмар дарят мне силы, и я ничего не боюсь. Уверена, что твоя мама делает то же самое и с тобой.

– Ты так думаешь?

– Ну конечно же.

– А я не помню свою маму.

Я тронута горечью в его голосе.

– Флин, это нормально. Ты был слишком маленьким, когда ее не стало.

– Мне очень хотелось бы ее знать.

Я ощущаю его боль, но, не желая углубляться в эту тему, тихо произношу:

– Думаю, что ты мог бы узнать о ней от тех людей, которые ее любили, например через свою бабушку Соню, тетю Марту и дядю Эрика. Если ты поговоришь с ними, то они многое расскажут тебе о маме.

– С Соней?

– Да.

– Она всегда очень занята, – возражает мальчик.

– Это вполне логично, Флин.

Если ты не позволяешь Соне заботиться о тебе и баловать тебя, ей только и остается, что заниматься своими делами. Люди не могут сидеть и ждать, пока другие люди начнут их любить. Они вынуждены продолжать свою жизнь, хотя их сердце тоскует по тебе каждый день. Кстати, почему ты называешь ее по имени, а не бабушкой?

Мальчик пожимает плечами и на мгновение задумывается:

– Не знаю. Возможно, потому, что ее зовут Соня.

– А тебе не хотелось бы ее назвать бабушкой? Уверена, что она будет растрогана, если ты ее так назовешь.

Позвони ей как-нибудь по телефону и пойди с ней пообедать или поужинать. Попроси ее рассказать о маме, и я уверена, что ты увидишь, как сильно ты важен и для нее, и для тети Марты.

Мальчик кивает. Пауза. Потом вдруг говорит:

– Это я тогда взболтал кока-колу, чтобы она взорвалась тебе в лицо.

Я смеюсь, вспомнив эту картину. Вот это был взрыв! Но, не желая быть злопамятной, заверяю его:

– Я догадалась.

– Ты догадалась?

– Да.

– И почему ты ничего не рассказала дяде Эрику?

– Потому что я не ябеда.

 – И видя, как он на меня смотрит, ерошу его черные волосы и добавляю: – Флин, это уже не важно. А важно то, что с этого момента мы стараемся поладить и подружиться, хорошая идея?

Он утвердительно кивает, прикладывает свой большой палец к моему, и мы повторяем свое приветствие. Я расплываюсь в улыбке.

Он с любопытством окидывает взглядом комнату, и я замечаю, что его глаза несколько раз на чем-то задерживаются.