Ты для меня? (СИ)

Не составить мне им конкуренцию. Я все понимаю.

— Что все это значит? Ты с ума сошла?

Голос Станислава звучал ошарашенно.

— Посмотри мне в глаза, Давыдов. Посмотри и скажи, что никогда — ни разу в жизни — не изменял мне.

Мужчина прокашлялся.

— Рита…

— Не будь трусом! Отвечай!

— Однажды…

Сердце Леры разбилось вдребезги, одновременно с отчаянным всхлипом несчастной женщины. Все еще зажимая рот ладошкой, опустилась на ближайший стул. Ноги не держали.

Послышался звук пощечины. Хлесткой. Звонкой.

Если бы это могло уменьшить ее боль…"

"— Заслужил. Справедливо. Погоди! Рита, умоляю, выслушай. Это случилось очень давно. Все как-то навалилось одновременно. Несчастья сыпались со всех сторон. Смерть Оли. Твоя замершая беременность. Ты так дочку хотела! Душа на лоскуты рвалась, при виде твоих мук. Вспомни, сколько времени тогда находилась в депрессии? Около года, оплакивала подругу и нерождённого малыша! Ушла в себя. Даже, дети не могли тебя вытащить из того кокона, Рита!

— Восемь месяцев, — глухо отозвалась женщина.

— Дела фирмы резко пошли в гору. Отмечали как-то очередной удачный контракт, и напились с партнерами, что называется в стельку. В общем, спутал в заведении, мужской туалет с женским. Какая-то девица расстегнула ширинку и отсос*ла мне прямо там. А я стоял, ничего вообще не соображая, и ждал разрядки. Как последний кусок дерьма. Не было сил сопротивляться, после такого длительного воздержания. А как кончил, понял что натворил.

Повисла мучительная пауза. Лера поймала себя на мысли, что кусает собственные губы и заламывает от волнения пальцы.

— Тебя можно понять. В конкретной ситуации, можно. В том большая часть моей вины. Извела тебя, донельзя. Будем считать, что ничего и не было. Но, меня интересует настоящая измена, Стас. Осознанная. Та, что с предательством об руку…

— Я не касался другой женщины!

Его уверенному тону поверила даже Лера.

— Кое-кто из твоих коллег, утверждает обратное.

— Это бред, Марго. Могу, на детекторе провериться. На крови поклясться. Да что угодно…

— Нож на кухне. — Прозвучало отчаянно. — Клянись!

Валерия вскочила на ноги, лихорадочно придумывая, где же схорониться, чтобы не заметили. Послышались его уверенные и размеренные шаги. И они приближались.