Ты боишься темноты?

Я предлагаю вам избрать более спокойный тон.

Таннер глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки, и уже тише продолжал:

– Всем нам известно, что парниковый эффект вызывается сжиганием ископаемого топлива и другими подобными факторами, например, употреблением фреона. Газ и нефть используются уже много лет, однако последствия бесконтрольного расхода этих веществ по-настоящему сказались только сейчас. Они загрязняют воздух, которым дышат наши дети и внуки. Осквернение окружающей среды необходимо и можно прекратить. Почему же ничего не предпринимается? Да потому что тут замешаны большие деньги.

 – Он уже почти кричал. – Деньги! Сколько стоит глоток свежего воздуха по сравнению с человеческой жизнью? Галлон газа? Два галлона? Насколько мы знаем, Земля – единственная обитаемая в Галактике планета, и все же продолжаем с ужасающей быстротой отравлять землю, и океаны, и самый воздух, которым дышим. Если не остановиться…

– Мистер Кингсли! – снова вмешалась ван Лувен.

– Простите, сенатор, но я очень зол. Не могу покорно наблюдать за уничтожением нашей Вселенной.

Кингсли говорил еще полчаса, а когда замолчал, сенатор ван Лувен объявила:

– Мистер Кингсли, прошу вас зайти ко мне в кабинет. Господа, объявляю перерыв.

Кабинет сенатора первоначально был обставлен в типичном стерильно-бюрократическом стиле: письменный стол, еще один стол, шесть стульев и ряды каталожных шкафов. Но сенатор, как женщина, сумела создать в помещении некоторый уют: цветные шторы, фотографии и картины.

В кабинете, кроме ван Лувен, оказались еще две дамы.

Сенатор представила их как своих помощниц, Коринну Мерфи и Кэроли Трост.

Коринна, привлекательная рыженькая девушка, и Кэроли, миниатюрная блондинка, заняли места рядом с ван Лувен. Обе не сводили глаз с Таннера, не скрывая своего интереса к этому представительному мужчине.

– Садитесь, мистер Кингсли, – пригласила сенатор.

Таннер поблагодарил и сел. Ван Лувен долго внимательно смотрела на него, прежде чем пожать плечами:

– Откровенно говоря, я вас не понимаю.

– Неужели? А я думал, что выражаюсь предельно ясно. Поскольку чувствую…

– О ваших чувствах я уже слышала. Но ваша компания «Кингсли интернэшнл груп» сотрудничает с правительством, не так ли? Я уже не говорю о бесчисленных контрактах на бесчисленные проекты. И все же вы обвиняете правительство в недостаточном внимании к проблемам окружающей среды. Разве это не вредит бизнесу?

– Дело вовсе не в бизнесе, сенатор, – холодно бросил Таннер, – а в выживании человечества.