Ты боишься темноты?

А ты? Останешься в Нью-Йорке?

– Да.

– В таком случае и я, пожалуй, побуду немного в городе.

– А потом мы могли бы вместе полететь в Париж.

Они улыбнулись друг другу.

– Я как раз подумала, как гордились бы Ричард и Марк, узнав, что мы закончили то, что начали они, – заметила Дайана.

– Наверняка, – согласилась Келли.

Дайана посмотрела в окно и, подняв глаза к небу, прошептала:

– Спасибо, Ричард.

Келли взглянула на подругу, покачала головой, но ничего не сказала.

Ричард, дорогой, я знаю, ты меня слышишь. Мы обязательно сделаем то, что не удалось сделать тебе.

Когда через три с половиной часа самолет приземлился в аэропорту Ла-Гуардиа, Дайана и Келли оказались в числе первых пассажиров, спустившихся с трапа. Теперь оставалось отыскать серый «линкольн» с шофером японцем, о которых говорила сенатор ван Лувен.

Машина действительно ждала у выхода из терминала.

– Миссис Стивенс? Миссис Харрис?

– Да.

– Я Кунио, – представился он, открывая дверцу.

Женщины сели. Машина покатила по шоссе, ведущему в Саутгемптон.

– Дорога займет два часа, – пояснил Кунио. – Зато пейзажи чудесные.

Пейзажи интересовали их меньше всего. Обе пытались обдумать, как побыстрее объяснить сенатору, что произошло.

– Как по-твоему, сенатор тоже окажется в опасности, если мы все ей расскажем? – спросила Келли.

– Она же известный политик! Ее защитят. И потом, она знает, как ко всему этому подступиться.

– Очень на это надеюсь.

Почти через два часа машина подкатила к большому особняку из известняка, с крышей из сланцевого шифера и высокими тонкими трубами в традиционном английском стиле. Дом окружали ухоженные газоны. Чуть подальше стоял еще один дом, для слуг, и гараж.

Кунио остановил машину у входной двери:

– Я подожду, на случай если вдруг понадоблюсь.

– Спасибо.

Дверь открыл дворецкий:

– Добрый вечер. Заходите, пожалуйста. Сенатор вас ждет.

Женщины вошли. Гостиная была обставлена элегантно, но не вычурно. Антиквариат, удобные диваны и кресла. На стене, над большим камином с каминной доской в стиле барокко, были закреплены изящные подсвечники.

– Сюда, пожалуйста, – попросил дворецкий.

В салоне их встретила сама сенатор в легком голубом шелковом костюме и блузке. Волосы были распущены.