Цена мира. Родить от врага

 – Я хочу, чтобы ты попробовала мой член.

Жар возбуждения начал захлестывать сильнее. Я уставилась на красную налитую головку, но прежде чем успела что-то решить, Астахов надавил мне на затылок. Рот послушно открылся, принимая крупную плоть, и я ощутила резкую вспышку внизу живота…

…

– Эй?

Неприятная тряска повторилась, беспощадно вырывая меня из сна.

– Ты что, глухая?!

Открыв глаза, я растерянно заморгала, увидев над собой недовольное лицо Шуры, и сонно выдала:

– Что?..

– Вставай, говорю! Ты в кому впала, что ли! – раздраженно поинтересовалась она.

 – Я тебе не нянька – ходить стучать по десять раз! Живо одевайся!

Домоправительница прошла к шкафу, остервенело открыла его и вытащила первое попавшееся черное платье с белыми манжетами на рукавах, которое швырнула мне на постель. Затем она гневно зыркнула и, вздернув подбородок, почесала вон из моей комнаты.

Психопатка старая…

Она громко хлопнула дверью, но я даже не обиделась. Вернув голову на подушку, сжала бедра и просунула между них руку, остро ощущая, как пульсирует клитор.

Глаза ошарашенно уставились в потолок, потому что я во всех деталях вспомнила сон. И чем он закончился.

Ну нет, это уже ни в какие ворота!

Вскочив с кровати, я поспешила в ванную, страстно желая умыться ледяной водой. Все что угодно, лишь бы прогнать из головы навязчивые образы и унять возбуждение, которое все еще томилось в животе. И ведь мне часто снился тот день… Моя комната и тот момент, когда Астахов чуть не пристрелил меня.

Но впервые главный страх сна перевоплотился в… сексуальное влечение.

– Черт, – обалдело выдохнула я, застыв напротив зеркала.

Щеки румяные, глаза блестят, твердые соски выделяются под белой сорочкой. Продолжительное нахождение в этом доме, где я без воли акцентировала внимание на конкретном мужчине, приобретало нездоровое направление. Совсем нездоровое, если подсознание выдавало такое!

Хмуро начищая зубы, расчесываясь, неуклюже надевая платье – я не переставала сражаться с неприятным смятением внутри.

Потому что Астахов вообще не акцентировал на мне никакого внимания. Ни словом, ни делом не давал повода хоть раз воспринять его не как равнодушного похитителя, а как привлекательного мужчину.

Тот странный поцелуй, когда бандит пришел ко мне объявить о своем решении, я не брала в расчет… Холодным разумом решила для себя – он просто хотел осадить меня за упрямство, как-то наказать сиюминутно и выбрал способ. Вот и все.