Царский сплетник

Добравшись до заведения мадам Нюры, Виталик полюбовался на ее отпавшую челюсть (вид попа, вломившегося посреди ночи в бордель, привел ее в ступор), пальчиком деликатно поставил ей челюсть на место и строго сказал:

— Я у себя. Минут через пятнадцать зайди, дело есть.

— Сплетник?!!

— Через пятнадцать минут, — напомнил юноша, взбежал по крутой лестнице на второй этаж и скрылся в комнате, забронированной лично для него под вариант номер три.

Запершись изнутри, Виталик задернул на окнах шторы, запалил все свечи, скинул с себя опостылевшую рясу, сдернул с головы парик, извлек из сундука кожаный костюм голландского моряка и начал переодеваться.

— Уже лучше. Еще бы серьгу для убедительности, но ухо дырявить жалко. Да-да, войдите! — крикнул он, услышав деликатный стук в дверь.

Это была мадам Нюра. Увидев царского сплетника, запихивающего пистолеты за перевязь, она облегченно выдохнула. Его откровенно пиратский наряд хозяйку борделя не смутил. Главное — она не ошиблась: впустила в святая святых именно того, кого надо, — царского сплетника.

— Так, мадам, сейчас вам придется поднапрячь свою память.

Мадам Нюра сразу отрицательно затрясла головой:

— Богом клянусь, сплетник, никому ничего не скажу. Пытать будут, не скажу!

— Э, мадам, притормозите, я еще ни о чем не спрашивал. Я просто констатировал факт: с чердака твоего заведения стреляли.

— Так и я о том: стреляли, но об этом никто не узнает, клянусь! Я ж понимаю, с кем дело имею. У тебя слова с делом не расходятся, а я еще жить хочу…

Виталик медленно поднял глаза на хозяйку борделя:

— Хорошо, что ты это понимаешь, но это другим рассказывать нельзя, а мне можно.

— Ну, человек твой пришел ко мне, сказал: дело тайное сплетник поручил.

— Кто именно пришел?

— Откуда ж я знаю?

— Тогда почему решила, что он мой человек?

— В кафтан зеленый одет был. Это ж твои цвета.