Тринадцатая невеста

Пока переоденьтесь в это, а позже вам принесут что-то из ваших вещей. – Не дожидаясь ответа, положил рядом со мной одну рубашку, а со второй в руках вышел из комнаты.

– Лирра, раздевайтесь. Меня можете не стесняться, я прежде всего лекарь, – привлек мое внимание Анхель.

Разделась я в ванной комнате. Присела в одном белье на небольшую банкетку, и лекарь обмыл ободранные конечности и ранки. Я взглянула в зеркало на свое отражение. Да-а-а, красота неописуемая. Все тело в ссадинах и кровоподтеках, по ногам будто теркой прошлись, даже в детстве у меня не было таких ободранных коленок.

Я повернулась боком и скосила взгляд на спину. Ой нет, на это лучше даже не смотреть. И как, интересно, лекарь собирается убирать мне такую обширную гематому? Шприцов у них тут наверняка нет.

– Умойтесь и пройдемте в спальню, вам нужно лечь. – Лекарь скептически осмотрел поле будущей деятельности.

В спальне я села на кровать. Сначала Анхель смазал какой-то пахучей мазью коленки, ладони и все царапины и ссадины, которые были спереди, потом велел лечь на кровать лицом вниз.

– Так, лирра, ранки пусть затягиваются, а вот вам сейчас нужно потерпеть. Я сначала обновлю обезболивающую мазь, а потом будем убирать эту гематому на спине.

Я уткнулась носом в матрас, и Анхель принялся надо мной колдовать. После мази вновь появилось онемение, а вот дальше я поскуливала, а он сильно что-то втирал и разминал все это безобразие.

– Терпите, – вздохнул лекарь. – Надо разогнать кровь, это очень хорошее средство. Сначала уберем свежую гематому, а уж синяки – это легко, их мы быстро сведем. Кстати, почему вы до сих пор не избавились от тех, что уже есть?

– А как? – пискнула я снизу.

– Ну, милая моя, у нас прекрасная массажистка, есть специальные ванны, мази. Что же вы, голубушка, совсем не уделяете внимания своей внешности?

Он еще что-то успокаивающе бубнил, я особо не вслушивалась, и продолжал мять мою многострадальную спину, периодически зачерпывая мазь из большой банки, стоящей на прикроватном столике.

– Ну вот и все. – Анхель убрал руки с моей спины. – Теперь остались сущие пустяки. – Он вновь зачерпнул мазь и принялся за мои плечи.