Тринадцать

Но потом подумал, что ты сможешь видеть ее только ночью, а нужно, чтобы эта звезда сияла круглосуточно, — он улыбается, и я понимаю, что снова плачу. — Господи, Лив, я не могу смотреть на твои слезы.

— Они же от счастья.

— Не хочу, чтобы со мной ты плакала, — мягкими поцелуями он смахивает с моего лица слезинки, и берет из моих рук цепочку. — Повернись.

Поворачиваюсь к нему спиной, убирая волосы вперед, пока Остин застегивает на моей шее кулон.

— Это Звезда Шольца. Два переплетенных карлика в созвездии единорога.

Поворачиваюсь к нему и вскидываю бровью.

— Ты сказал единорога?

Остин широко улыбается.

— Сам в шоке, но он существует.

Я улыбаюсь и обнимаю его за шею.

— Мой парень только что подарил мне единорога.

— Храни это в секрете, а то все будут завидовать.

— Плевать на всех, — шепчу я и целую его.

Глава 25

Остин.

Открываю глаза и сразу зажмуриваю их от яркого луча солнца, пробивающего через окно напротив. Когда я, наконец, привыкаю к свету, то опускаю взгляд на лежащую под боком Оливию.

Клянусь, перед тем как провалиться в сон, я слышал, что она прошептала мне в шею, что любит меня. Вспомнив об этом сейчас, на моих губах появляется нелепая улыбка. Самому не верится, что смог заполучить такую девушку, как она."

"Стараясь не разбудить Лив, тянусь к лежащему под подушкой телефону, чтобы посмотреть на часы, которые показывают девять утра.

— Детка, нам нужно вставать, — шепчу я, пока Лив тихо стонет.

Господи.

Отстраняюсь от нее, боясь, что потеряю контроль, и неторопливо вытаскиваю из-под ее головы руку.

— Куда ты собрался? Вернись в постель.

Издаю смешок, засунув руки в карманы.

— Мышонок, через три часа нам нужно быть в другом месте.

— Отмени все.

Вскидываю бровью.

— Хочу лежать в твоих объятиях весь день. Вернись ко мне, — она прикусывает губу и постукивает ладонью по постели рядом с собой.