Одинаковые. Том 2. Гимназисты

Но дело в том, что прямо сейчас возможно режут и издеваются над одной девочкой, а возможно там их сразу несколько, ну и пока я рассуждаю, она лишиться жизни. Короче мой опыт прошлых лет подсказывал, что на хрен такие авантюры, а юношеский максимализм и повышенное чувство справедливости, что становятся присущи все больше и больше братьям Горским, толкали вперед, не спрашивая разрешения у майора в отставке Андрея Семёновского.

Как только стало темнеть до такой степени, чтобы появилась возможность незаметно подкрасться к особняку, мы выдвинулись на позиции.

Оружия у них я не вижу, ан нет есть за поясом пистоли закрыты полами сюртуков, но немного выпирает. Вижу у двух, но и третьего списывать не стоит со счетов. Валить эту троицу нужно тихо, иначе появится большой риск сорвать остальное дело.

Мы с Никитой дождались, пока один из охранников отойдет к яблоне справить малую нужду. В момент кульминации я подскочил и перехватил ему горло ножом, аккуратно придерживая тело, чтобы оно не нагремело при падении.

— Ну вот, хоть поссать мужику дал в последний раз! Гуманист я! — подумал, и двинул обратно в сторону центрального входа.

Как только приблизились, мы с Никитой взяли рогатки, и определив индивида обладающий наиболее яркими признаками присутствия интеллекта на лице, выстрелили. Я бил свинцовым шариком, а Никита в того, что поумнее глиняным.

"Привели в сознание болезного с помощью китайской техники работы с болевыми точками. Мне один китаец, что работал у нас тренером рассказал и показал как-то. Там несколько этапов боли, и если дойти до последнего пятого, то человек уже не сможет жить после такого вопроса. Наш охранник запел уже после второго шага, когда я зажал нужные точки на его теле, и воткнул кой-куда специально заготовленную для этого иглу.

В общем всего пять гостей и сам хозяин. Предположение, что персонал распустили на время, подтвердилось полностью, а охраны, включая устраненную всего было восемь рыл. Где именно они находятся наш разговорчивый друг поведать не смог, просто его никогда в само строение и не пускали.

— Ну не знаешь и не знаешь! — сказал я ему, вонзая нож в сердце.

Ну что ж выходит шесть плюс пять охраны.