Три мешка хитростей

Отвернулась в другую сторону и очень пожалела: в пяти сантиметрах от моего носа расположилась полная мокрая дама, «благоухающая», как завод по производству рыбных консервов.

Кое-как добралась до дома, вошла в квартиру и поразилась тишине. Неужели гадкий младенец спит? И где Томочка?

Подруга обнаружилась в спальне. Окна закрыты шторами. На огромной кровати место хватило всем. Клеопатра и Сыночек устроились на подушке Семена. Ленивые кошки даже не открыли глаза, услышав мои шаги. Дюшка, лежащая в ногах, вяло помахала хвостом, но вставать не стала.

– Опять приступ был? – испугалась я.

У Томочки не слишком приятная болячка с красивым названием «мерцательная аритмия». Время от времени ее сердце начинает вдруг изо всех сил колотиться в грудной клетке, не сокращается ритмично, а бьется как попало. Начинается сильное головокружение, тошнота, слабость, и Тома валится в кровать.

– Ты приняла обзидан? – спросила я.

Тома кивнула.

– Уже все, отпустило. Который час?

– Семь.

– Пора, а то опоздаю, – пробормотала Тамара и стала осторожно спускать ноги с кровати.

– Ты куда? А ну ложись! – велела я.

– Надо в детскую поликлинику, – пояснила подруга, – а прием там до восьми.

– Завтра сходишь, куда торопиться.

– Никак нельзя, грудничковый день один, – объяснила Тома.

– Что еще за день такой?

– Ну, в это время принимают только матерей с младенцами до полугода.

– Почему?

– Потому что у старших детей, тех, которые посещают ясли, детские сады и школы, случаются неприятные инфекции, которые могут стать смертельными для новорожденного: корь, свинка, ветрянка, грипп в конце концов.

– А, – протянула я, – здорово придумано.

– Весь день орала, – вздохнула Томуся, – аллергия у нее на молочные смеси из банок, нужно получать питание с детской кухни, а его только врач выписывает!

Подруга встала и пошатнулась:

– Вот незадача, еще кружится!

– Немедленно ложись, – приказала я, – схожу вместо тебя.

– Спасибо, – вздохнула Томочка, – уж извини, пеленку чистую возьми.