Тот, кто знает

Если браться за этот проект, придется в корне переделывать сценарий, чтобы строить меньше комнат, убирать массовые сцены, все эти улицы, балы, охоты, приемы и гулянья в городском саду.

– Но тогда дешевизна будет в каждом кадре видна, – возразила Наташа. – Это же невозможно будет смотреть.

– О том и речь. Поэтому у нас два выхода: или делать этот проект дешевым, или не делать вообще. Ты как? Согласна на сокращение бюджета?

– А большое сокращение?

– Да кто ж знает. Специалисты говорят, что если падение рубля хлопнет по голове, то доллар подскочит в три-четыре раза.

Вот и считай. Если сегодня предполагается бюджет из расчета тридцать пять тысяч долларов на серию, то на деле может оказаться тысяч десять. Сможешь снять костюмный фильм за такие деньги?

– Нет, конечно, – усмехнулась Наташа. – Я не самоубийца.

– Вот то-то и оно. Поэтому тебе остается выбирать между детективом и фильмом про нашу жизнь.

– Валя, я уже сказала, что за детектив не возьмусь. Ты что, меня совсем не слушал?

– Слушал, слушал, извини.

Значит, готова снимать про нашу сегодняшнюю жизнь?

– Придется, – со вздохом согласилась Наташа. – Не сидеть же мне без работы, а ничего другого ты мне не предлагаешь. Дай мне еще неделю, я снова перечитаю сценарий, подумаю, сформулирую свои идеи, потом встречусь со сценаристами.

Пятнадцать, по числу серий, папок со сценарием лежали перед ней, и Наташа весь день внимательно читала, попутно отмечая на полях те места, которые можно будет переделать в целях экономии, если девальвация рубля все-таки случится.

То и дело ей приходилось снимать трубку и звонить директору производства на сериале «Соседи», чтобы проконсультироваться, сколько примерно может стоить тот или иной объект, аренда машин, помещений или съемки на центральных улицах города, в настоящих больницах и магазинах.

Когда пришел Андрей, рядом с папками на столе лежали многочисленные листки с записями цен в долларах и рублях.

– Ты ударилась в экономику? – насмешливо спросил Ганелин, глядя на ее записи.

– Ой, и не говори.

Меня в институте учили, что режиссер – это творец, а теперь выходит, что, прежде чем браться за съемки, я должна максимально удешевить их на этапе подготовки сценария. Вообще-то это не моя работа, но лучше я сама во все вникну, прежде чем возьмусь снимать.

– А зачем удешевлять? В вашей телекомпании финансовые трудности?

– Пока нет, но Южаков меня вчера до смерти напугал возможностью девальвации рубля. Он сказал, что если финансы рухнут, то снимать придется за копейки.