Тот, кто знает

Список составлялся в информационном центре на основании карточек первичного учета, в которых содержалось немало полезной информации, в том числе возраст и социальное положение потерпевшего и способ совершения преступления. В компьютер заносились только те данные, которые нужны для составления отчетности о зарегистрированных преступлениях и о выявленных преступниках, отчетности по потерпевшим не существовало, поэтому карточки приходилось обрабатывать вручную, и сотрудницы информационного центра проделали для Руслана поистине гигантскую работу.

Никогда бы ему не получить этот список, если бы самое высокое руководство не дало соответствующую команду. А команды бы не было, если бы Руслану не доверяли.

Когда в списке остались только жертвы ножевых ранений, из них стали последовательно исключать родителей, убитых пьяными детьми, и детей, убитых родителями. Такие преступления, как правило, бывают очевидными, раскрываются быстро, и ошибок при этом не происходит. Затем пришел черед лиц, убитых в ходе коллективных драк, при которых крайне маловероятно сокрытие от следствия кого-то из участников: неизбежно хотя бы один из свидетелей, обвиняемых или оставшихся в живых потерпевших его рано или поздно назовет.

В итоге список погибших сократился весьма существенно, в нем осталось всего семьдесят шесть человек.

Список пропавших без вести также подвергли тщательной чистке, для начала вычленив мужчин и женщин, не стоявших на учете в психоневрологических диспансерах и считавшихся на момент своего исчезновения социально благополучными.

Из общения с сотрудниками милиции Руслан узнал, что чаще всего пропадают либо убегающие из дома в поисках бесконтрольной жизни подростки, либо лица, страдающие психзаболеваниями или тяжелыми формами алкоголизма. Конечно, Бахтин мог убить кого угодно, в том числе и подростка, и впавшего в маразм старика, не знающего, откуда он и куда направляется, и сумасшедшую девицу, ушедшую из дома по велению голоса свыше, но все-таки это казалось Руслану маловероятным. Для убийства у Бахтина должна была быть веская причина.

– Слушай, Руслан, – задумчиво произнесла Яна, с отвращением глядя на внушительных размеров список, – а насчет ревности как? Почему ты ее отметаешь?

– Как это я ее отметаю! – возмутился Руслан. – Ты что?! Такую работу по поклонникам Любы Молостовец проделали! Тебе мало?

– Я не про Любу говорю, а про твоего Бахтина. Он ведь тоже человек, его тоже можно ревновать.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Руслан. – Глупости какие-то.