Тот, кто знает

Душу обмануть можно, можно себя уговорить, убедить, можно даже запретить себе думать, но тело-то не обманешь! Я его хочу, Натулечка, я умру, если он мне не достанется.

– Выживешь, – холодно отрезала Наташа. – От этого не умирают. Ты уже достаточно наслушалась того, что тебе говорило твое тело. Тебе мало? Еще хочется? Не смей даже давать ему понять, что тебе в голову приходят такие мысли.

– Почему? Почему нельзя?"

"– Потому что нельзя. Если он твоего желания не разделяет, то тебе будет стыдно. Если же он пойдет у тебя на поводу и соблазнится молодым телом, то вы не будете потом знать, что с этим делать.

– Да, – Ира рукавом отерла лицо, – он действительно понимает.

Наташа внимательно и настороженно посмотрела на нее.

– Ты что, говорила с ним?

– Да.

– И… что он сказал тебе?

– Он сказал, что он – отец моего мужа и никогда не сможет через это переступить.

– Вот видишь. – Наташа вздохнула с явным облегчением. – Виктор Федорович оказался в сто раз умнее и дальновиднее тебя. Он вас обоих спас от мучений и терзаний. Кстати, я совершенно не уверена, что ты ему нравишься как женщина. Мащенко никогда не был замечен в излишнем интересе к молоденьким студенткам.

– Да что ты понимаешь! – Ира в отчаянии снова повысила голос. Наплевать, что их слышат, пускай. Ей сейчас не до политесов. – Ты за всю свою жизнь знала только двух мужчин. Как ты можешь разбираться в этом? Как ты можешь судить?

– Для того чтобы разбираться в любви, совсем не обязательно переспать с сотней мужиков. Иди на грим, у тебя все потекло.

Перед глазами у Иры заплясали желтые огоньки, ее захлестнула ярость. Наташка… Единственный человек на свете, с которым она могла посоветоваться, поделиться, перед которым могла выговориться. Наташка ее предала, оттолкнула, не захотела понять.

– Я тебя ненавижу! – выкрикнула Ира. – Это все из-за тебя!

– Успокойся, – Наташина рука плотной тяжестью опустилась на ее плечо, – возьми себя в руки.