Тонкие грани

– Это действительно та тема, на которую ты пришел со мной поговорить? – моя робость наконец-то улетучилась, и я четко осознала, на какие вопросы хочу получить ответы в первую очередь.

- Нет, но эта тема также немаловажна для меня, – пояснил он.

- Почему? – задала я один-единственный вопрос.

В голове не укладывалось, почему он так жестоко поступил со мной.

- Это я хотел спросить у тебя, – он прожигал меня своим взглядом. – Почему именно он?"

"- Я имела в виду, зачем ты поступил так со мной? – тихо спросила я.

- Ты изменилась… – его лицо приняло отстраненный вид, так, словно он о чем-то глубоко размышлял или и вовсе находился мыслями в другом месте.

- Знаешь ли, мне не предоставили право выбора, – отметила я. – Ты хоть представляешь, что я чувствую сейчас и что пережила? – не знаю, откуда взялась эта уверенность в голосе, наверное, виной всему адреналин.

- Ты чувствовала вину за мою смерть? – внезапно спросил Стэнли, чем основательно сбил с толку.

- Да, – согласилась я. – Только сама не знаю почему...

- Если бы перед тобой встал выбор сохранить жизнь – твою или мою, чью бы ты выбрала? – он испытующе глядел в мои глаза.

- Твою, – без тени сомнения откликнулся мой решительный голос.

- Так что тебя тогда смущает? – Стэнли был более чем спокоен, что поколебало мою решимость.

- Ты притворяешься? – я закатила глаза, отказываясь понимать его хладнокровие и спокойное выражение лица. Стэнли больше волновало то, что я сплю с Риком, нежели мое отношение к тому, что произошло накануне?

- Алисия, я совершил этот поступок, потому что не знал наверняка, что останусь в живых. Неужели ты думаешь, я с легкостью принял это решение и оторвал от сердца двух близких для себя людей? – я ощутила, как к горлу начал подкатывать ком… – Льюису было все равно, кто умрет первым, но моя смерть на какое-то время смогла бы его отвлечь от тебя, – он наконец занервничал и поднялся с кресла, начиная расхаживать по комнате, в то время как я нервно теребила край футболки в своих руках.

- Ты бы мог предупредить, подать хоть какой-либо знак… – голос задрожал.

- Не мог! – закричал он.