Точка Бифуркации XIII

Когда я его так «подловил» впервые, то тут же словно ошпаренный пустился вдогонку, в попытках наконец-то поставить крест на нашем нескончаемом противостоянии. Тогда сердце бешено стучало, а в голове гремели фанфары: мол, всё, конец этой безумной игре! Как несложно догадаться, ни тогда, ни после ничего у меня так и не вышло — демон просто поднимался на ноги и с довольной рожей, ввиду моего удивления, бросался в атаку.

— Архимудень проклятый… — процедил я сквозь зубы, наблюдая, как Самаэль, лёжа среди пыли и валунов, старательно изображает агонию.

Хрипит. Трясётся. И периодически поглядывает на меня одним прищуренным глазом — уже однозначно понял, что я не верю в его дешёвую постановку.

— Отвали, я сегодня не в настроении! — гаркнул я во всё горло и уселся обратно на край скалы.

Снизу продолжали доноситься жалобные стоны. Демон у подножия скалы тем временем довольно артистично отыгрывал предсмертные муки, изображая истекающего кровью и едва ли не испускающего дух дохляка. Периодически проскакивали разные фразочки по типу: «Ах», «Ой, мама» и даже «Прощай, мир жестокий».

Я вновь уставился за горизонт. Местное светило, оранжевое, крупное, будто висело на ниточке.

— Да. К нему и поплыву, — решительно кивнув своим мыслям, проговорил себе под нос и поднялся.

Медленно, с тем самым спокойствием, которое появляется только после полного истощения всех эмоций, я повернулся и направился к другому краю плато, противоположному тому, где лежал притворяющийся покойником демон.

Я шёл, слыша как за спиной затихают фальшивые стоны. Наверняка уже крадётся снова. Ну и пусть — я быстрее.

Мысли о том, чтобы уйти в море, долгое время меня откровенно пугали. Во-первых, неизвестностью того, что может скрываться под водой — хотя с учётом того, что в этом мире монстров не было, убеждение было весьма спорным. А во-вторых… что может получиться как с джунглями, сквозь которые я бесконечно долго мог шагать, пробираясь через самые непроходимые заросли, а затем, развернувшись назад, в короткий срок вернуться на вконец опостылевший мне за всё это время проклятый пляж.