Тифлис 1904

Там и контрабандисты, и курды целыми бандами ломятся, и доморощенные абреки туда-сюда шастают. То и дело вспыхивают кровавые стычки, в которых обе стороны несут потери. На такой службе люди быстро становятся опытными.

– Как разместились?

– Солдаты в помещении караульной команды штаба округа на Кирочной, – доложил штабс-ротмистр. – Поставлены на довольствие с сегодняшнего дня.

– А вы?

– Пока временно при окружном офицерском доме на Черкезовской. А там будет видно.

– Суточные вам выдали?

Топурия смутился:

– Нет. Но не извольте беспокоиться, я на днях премию получил за арест обоза с контрабандой, так что при деньгах.

Алексей Николаевич отпустил солдат, велев им быть всегда наготове. А офицера повел в ресторан гостиницы. Там они позавтракали, и сыщик вручил новому подчиненному несколько купюр."

"– Иосиф Хахиевич, тут сто рублей. Берите, не стесняйтесь, это казенные. Такое дело нам поручили, что в расходах не скупятся.

Пограничник навострил уши.

– Какое дело?

– Сейчас все расскажу. Пока вот что. Поселитесь ближе ко мне, так, чтобы нам с вами проще было видеться.

Глаза Топурии сверкнули, рука легла на эфес шашки. Но коллежский советник заговорил о другом:

– Расскажите сначала о себе, Иосиф Хахиевич. Надо же знать, с кем в бой идешь.

– Слушаюсь.

– Вам сколько лет?

– Сорок.

– И все еще штабс-ротмистр. Почему так?

Офицер опять смутился. Драки он не боится, а начальства робеет…

– В пограничном корпусе, как и в армии, медленное чинопроизводство, – начал Топурия.

– Продолжайте, Иосиф Хахиевич. В общих чертах, что и как.

– Родился в Кутаиси. Из дворян. Закончил гимназию, потом Тифлисское пехотное юнкерское училище… по второму разряду. Вышел в Сто пятьдесят первый пехотный Пятигорский полк подпоручиком в девяносто третьем году.

– То есть пограничник вы всего три месяца?

– Да.

– Женаты?

– Холост.

– Я все понял. Теперь слушайте задачу.

И сыщик рассказал своему подчиненному все с самого начала. Не утаив ничего важного. Резюмировал он так:

– Преступники нанесут удар, им некуда деваться.