Точка Бифуркации X

— Аластор, Кали, займитесь этими двумя.

Было бы сильно нужно — уверен, справился бы и сам. Но зачем надрываться, когда имеется такая поддержка?

Мои приказы не требовали уточнений. Подчинённые мгновенно рванули вперёд, словно пружины, освобождённые от напряжения.

Аластор, сливаясь с окружающим полумраком, метнулся к ближайшей цели. Его тело, материализовавшееся из сгустка дыма, перекрыло слабый свет ламп, отбрасывая густую тень на стены. Движения демона были быстры и точны, как у хищника, готовящегося к решающему прыжку.

Противник, массивный клубок изворачивающегося дыма, завыл, закручиваясь в бешеном вихре. Они столкнулись будто два смерча, каждый из которых стремился поглотить другого. Вихри тьмы переплетались, создавая хаотические узоры в воздухе, а от места их столкновения расходились волны энергии, вибрацией отдавая по стенам и полу.

Кали вступила в бой с такой же молниеносной скоростью. Её движения были похожи на смертоносный танец: грациозные, но исполненные разрушительной силы.

Она бросилась на второго сильного демона, и их тени столкнулись с оглушительным звуком, напоминающим удар грома. Искры тьмы разлетались во все стороны, когда они обменивались ударами. Когти и щупальца, сформированные из чистой тьмы, прорезали воздух, оставляя за собой разрывы в самом пространстве.

Святогор, возглавляя отряд бойцов, одновременно с этим направился к своей группе демонов. Несколько тёмных сгустков тут же бросились на них, издавая низкий рёв, но тут же упёрлись в невидимый барьер.

Дядя и его бойцы, тем временем, с помощью телекинеза выхватили один из круживших над ними вихрей и в следующий же миг объединённой атакой порвали беса на части. Та же самая участь настигла и второго, в то время пока их напарник пытался скрыться через вентиляционное отверстие. Естественно, при любых раскладах, сделать ему это бы не удалось. В данном случае, Святогор лично ухватил беса за хвост и прижал к полу возле своих ног.

Стены, украшенные ранее картинами и знаками имперской власти, были испещрены глубокими царапинам.

Мебель сломана и разбросана по всему помещению. Массивные столы перевёрнуты, кресла разворочены, а осколки стекла и дерева усеивали пол. Воздух был густым и тяжёлым, наполненным запахом озона и горящей древесины, словно после грозы и пожара одновременно.

Пока мои подчинённые рвали в клочья сильнейших из противников, я тоже не стоял без дела, сосредоточившись на одержимых офицерах.