Измена. Осколки чувств (СИ)

Значит отвезу тебя в дом, — сказал он, заводя двигатель.

— В дом? — не поняла я.

— Да. В квартиру не предлагаю — тебе будет неудобно и неловко, я там сам сейчас живу, мне от работы близко. А в дом я обычно езжу на выходных. Можешь пожить там. Я пока не буду приезжать.

— Спасибо тебе большое, — потупившись, проговорила я.

Он ничего не ответил. Выжал газ, мотор взревел и послушно полетел вперед по ночному и почти пустому городу.

По дороге он молчал, я тоже. Несколько раз звонила мама и один раз Дима, но я просто сбрасывала их звонки.

Вскоре мы выехали загород, и на стекла автомобиля начали падать первые крупные капли дождя.

Дом Градова оказался в дорогом частном секторе, чуть в отдалении от остальных домов. Съехав с шоссе, мы слегка попетляли и вскоре подъехали к высокому и внушительному забору.

Александр нажал на пульт и ворота распахнулись.

Ого! Было темно, еще и шел дождь, но все же участок был хорошо освещен. Блин!

Я думала, у него тут что-то вроде летней дачи. Но это оказался внушительный и основательный большой дом с огромной ухоженной территорией.

Едва мы вошли под навес, как дождь, до этого еще не начавший лить со всей силой, буквально обрушился одной сплошной стеной. Тяжелые капли громко барабанили по крыше и козырьку террасы.

— Мы вовремя, — хмыкнул Градов, открывая дверь.

Да уж! Представляю себя на скамейке в пижаме во дворе под таким дождем! Я даже поежилась.

Оказавшись внутри, ошеломленно замерла, оглядываясь. Ух ты!

Естественные мягкие оттенки, натуральный камень, дерево — все такое теплое, уютное и невероятно стильное! Класс!"

"— Так, ну вот мой дом.

Я двинулась следом за ним по лестнице.

— Ты тут один живешь? — осторожно спросила я.

— Ага.

— А зачем тебе такой огромный дом одному? — не удержалась от вопроса я.

— Ну… — он вдруг как-то замялся, — я не планирую всю жизнь жить один.

Александр распахнул передо мной дверь, и я вошла в комнату. Красиво и стильно, как и все, что я видела до этого. Очень уютно.

— У меня нет никаких женских вещей. Могу дать пока что-то из своего, но тебе все будет велико, — почесал он подбородок, оглядывая мою намокшую от дождя пижаму.

— Спасибо.