Теткины детки

Я тебя спросить хочу.

— Ммм… Тогда не сплю.

Леонид садится в кровати, повыше подтыкает подушки и просовывает руку Татьяне под голову.

— Ну давай, спрашивай.

— Зачем она ее к себе зовет?

— С этого места поподробней, пожалуйста. Кто, кого, куда? Адреса, пароли, явки.

— Ты что, ничего не знаешь?

— Абсолютно! Чист, как слеза ребенка.

— Рина зовет тетку Муру к себе. Жить. Как ты думаешь, зачем она ей нужна?

— Тоже мне бином Ньютона! Сама не догадалась?

— Нет.

— Ну подумай, а я пока посплю. — Леонид целует Татьяну в плечо и отворачивается к стене.

— Ленька, ты… ты мерзавец! Говори немедленно!

— Квартира, матушка моя, квартира, — бормочет Леонид, уткнувшись в подушку. — Ринина трехкомнатная плюс теткина двухкомнатная — сумасшедший вариант! А ты у меня как была дурочкой, так и осталась. Спокойной ночи.

— Лень, ты не спи. У меня к тебе еще вопрос.

— Ммм… А вот этого я не знаю.

— Чего не знаешь?

— Поедет тетка Мура к Рине или нет.

— Ты как понял, что я хочу об этом спросить?

— Нетрудно догадаться.

— Так не знаешь…

— Не знаю. Впрочем, думаю, что поедет. Что ей еще остается?

— Ты, Ленька, у нас самый умный!

Татьяна берет его прядь волос, накручивает на палец. Леонид поворачивается и начинает гладить ее грудь.

— Самый умный, а ничего не понимаешь.

— Ну, кое-что понимаю. — И его рука скользит вниз.

— Кое-что, но не все. Никто ни с кем не будет жить, потому что иначе жизни конец.

— Ммм… Да? Ну и ладно. Ну и хорошо. Та-а-анька… Я, кажется, совсем проснулся.

К Рине тетка Мура не поехала.

— Ты уж прости, девочка, я лучше дома.

Рина сначала удивилась, потом разозлилась, но сделать ничего не смогла. Тетка Мура проявила редкую несговорчивость. Молча обходила все разговоры на эту тему, молча сносила Ринины упреки, и увещевания — «На себя бы посмотрела! Одна ведь совсем! А если ночью плохо станет? Кто «скорую» вызовет?», — и уговоры, и обвинения в бесчувственности — «Аркашеньку бы пожалела! У него комната десять метров. Арик без кабинета! А он столько работает, столько работает! Иногда даже ночует на работе!».

— Знаем мы, где он ночует, да, Тань? — говорила Ляля, которую Рина вызывала к тетке Муре в качестве арбитра."

"Арбитр из Ляли был никудышный. Бессловесно, но твердо — взглядом, кивком, рукой, положенной на птичье старушечье плечо, — она поддерживала тетку Муру в ее нежелании уступать Рининой атаке. Через три месяца Рина выдвинула тяжелую артиллерию. Призвала на помощь Арика.