Теща Темного Властелина

Уже полчаса они слушают вопли ужаса и боли. Странно, что на крики еще никто не прибежал, неужели парень всех уничтожил? Какого же монстра послали им боги?

Наконец тьма расступилась, и из лаборатории вышел мальчишка, несущий на руках старуху. В глазах его пустота, за спиной виднеются красные разводы и брызги на стенах. Дан опускается на колени и воет. Такого воя светлые не слышали ни у одной нечисти. Боль парня ощущалась кожей.

Здание затряслось, а сам Дан менял цвет кожи с темной на угольно-черную.

Творилось что-то невероятное: ветер, молнии, пахнет дымом, что-то где-то взорвалось. Слышен грохот, кажется, это рушится дворец. Олуш не мог поверить в происходящее. Наконец он осознал, что необходимо убираться из замка как можно быстрее.

И вот уже вся команда на ногах, держится за стеночку, потому что мраморный пол ходит волнами, с потолка сыплется штукатурка, летят камни. А посреди этого хаоса слышен ворчливый усталый голос:

– Внук, мы что, на Камчатке? Почему нас так трясет?

Ирма Львовна (она же Ирва впоследствии)

Нас повели обедать.

Никогда не любила кушать в неизвестной компании. И сейчас мои опасения подтвердились. После плотного обеда внук внезапно вскочил из-за стола и повалился на пол. Что с ним?! Пытаюсь встать и в итоге сама отключаюсь.

Прихожу в себя на холодном металлическом столе. Надо мной склонился хозяин сего вертепа, он что-то лопотал на своем непонятном наречии, а потом заставил меня выпить какую-то гадость.

Я пыталась сопротивляться. Честно пыталась. Вот только стара я уже для таких попыток, в голове бьется единственная мысль: где внук? Что этот фашист сделал с моим Данюшей?

То, что я пережила за последние несколько часов, не пожелаю испытать никому. Я пыталась кричать, но выходил шепот, пыталась ругаться, но моих слов не понимали, пыталась угрожать и умолять, но все было бесполезно. Мне оставалось только надеяться, глупо надеяться на то, что выживу и отомщу. Нет, лучше умереть и превратиться в призрака, а уже потом мстить.

Утешает только то, что я почти ничего не ощущала. Почти. Время от времени я молилась, чтобы у меня не выдержало сердце, а потом вспоминала, что где-то недалеко моя кровиночка, которую еще спасать надо будет. И я выдержала. Пока не потеряла сознание.

Пришла я в себя от дикой качки, точнее, тряски. Открываю глаза и вижу чернеющее лицо любимого потомка, а вокруг творится форменный бедлам.