Темный Лорд Устал. Книга I

А затем, на глазах у ошеломленного Себастьяна, я начал действовать. Провел по поверхности кристалла пальцем, оставляя на нем едва заметный, светящийся след. Затем нанес несколько простых рун. Руны, которые не создавали энергию, а лишь перенаправляли ее, исправляя дефекты кристаллической решетки. Точнее, для местных приматов это была магия, но для меня это была чистая физика вселенной, законы, которые я знал наизусть.

В тот момент, когда я начертил последнюю руну, кристалл в моей руке вспыхнул ослепительным, чистым белым светом, заставив Себастьяна зажмуриться.

В моей руке лежал уже не мутный, треснувший камень, а идеальный, прозрачный кристалл, внутри которого пульсировала, как живое сердце, чистая, мощная энергия. Все трещины исчезли без следа.

Себастьян смотрел на кристалл, потом на меня, и в его глазах больше не было сомнений. Лишь благоговейный ужас и безграничная, непоколебимая вера. Он понял. Его господин был не безумцем.

Я отпустил Себастьяна, оставшись в библиотеке наедине со своим «мусором». Дворецкий ушел, его лицо было полно благоговейного трепета, который он, впрочем, тут же спрятал за маской профессиональной невозмутимости. Он видел чудо, но не понимал его природы и это было правильно.

Я же смотрел на эти предметы и видел не хлам, а набор идеальных инструментов. Прежде чем начинать ритуал, их следовало подготовить.

Я взял в руки ржавый кусок метеоритного железа.

Затем начал наносить на него руны, превращая его в идеальный громоотвод для хаотичных всплесков энергии.

Затем взял окаменелое сердце древнего зверя. Пустое. Лишенное энергии. Оно было как пустой сосуд, жаждущий наполниться.

И так с каждым предметом. Пыль из гробницы смешал с чистой водой, создавая пасту для начертания контура. Каждый мой жест был выверен, каждое действие имело смысл, который был бы непостижим для любого мага в этом мире.

Когда подготовка была закончена, я вышел из дома и направился в самый центр своих владений, на тот самый холм, где пересекались три могучие лей-линии. Нутром чувствовал их гул под ногами.