Темная империя. Книга первая

– Вам, наверное, нужно идти? – спросила неуверенно, ведь ходил он сам и вряд ли с определенной целью.

В его состоянии не до целей.

Мужчина улыбнулся, вновь взял меня за руку, и произнес:

– Найриша, дело в том, что мне есть куда пойти, есть где переночевать и даже есть те, кто накормит. И отчетливо видя, что у вас ничего этого нет, я хочу предложить…

Молча попыталась вырвать руку из его ладони – нежные пальцы вдруг стали подобны металлу, изменился и голос:

– Прекратите.

Сумасшедшие иногда откровенно пугают, но стоит ли бояться.

– Я очень благодарна вам за поддержку, господин Эллохар, действительно благодарна, но я самостоятельно решу свои проблемы.

– Как с лечебницей? – в голосе прозвучала явная ирония. – Неужели вам стало легче, Найри?

Учитывая быструю смену настроений, этот мужчина действительно нуждается в лечении, вот только непонятно, почему я все так же честно отвечаю ему.

– Стало, – вскинув подбородок, я посмотрела на господина Эллохара.

– Да, это важно, – почему-то мой странный собеседник значительно помрачнел, словно и ему было невыразимо трудно.

Я вновь взяла его за руку, и повела к доходному дому госпожи Урас. Мы шли молча, и дошли достаточно быстро – грязная таверна куда приволок меня Джекас находилась всего через шесть домов от доходного. Дверь мне открыла какая-то незнакомая женщина, попыталась мне что-то сказать, но взглянув на моего спутника, как-то пошло-понятливо усмехнулась, и пропуская, произнесла:

– Только вы там не шумите особо, мой хоть и спит, но пьяный, услышит – взбесится.

Недоуменно взглянув на нее, я хотела переспросить, но женщина уже ушла в темноту дома.

– Господин Эллохар, – я обернулась к мужчина, – думаю вам лучше подождать меня здесь… если хотите, или можете идти… не хочу обременять вас.

Взгляд сумасшедшего отразил такую гаму жалости, сострадания и вместе с тем неодобрения, что я поспешила наверх по грязной лестнице, более не рискуя обратится к нему.

"Войдя в комнатку, я достала сумку, выданную мне госпожой Урас, и начала собирать разбросанные бандитами вещи. Они не заботились о сохранности чужого имущества – некоторые платья оказались порваны. Руки дрожали, когда я собирала то последнее, что у меня оставалось.

Смахивая никому не нужные слезы, заметила стоящего в дверях мужчину, мрачно и с осуждением взирающего на меня.