Тебе повезло, детка!

Пройдя вглубь, увидела модифицированного. Он сидел на диване, откинув голову назад и раскинув на спинке в стороны руки.

Когда я встала напротив него, нарушил свою неподвижность, посмотрев на меня ледяным взглядом.

- А ведь я тебе почти поверил!

Что?!

Он наклонился вперёд и рукой пододвинул в мою сторону на журнальном столике папку. Ничего не понимая, взяла и раскрыла её.

Фотографии. Везде я в разных ракурсах, передающая пакет с документами мужчине в машине.

- Не ожидала? - криво усмехнулся модифицированный. - Сегодня мы немного помогли полиции, без проволочек дав доступ к нашим камерам, и они в ответ пошли нам навстречу, позволив по уличным отследить твои передвижения.

- Не понимаю. И что здесь такого крамольного?!

- Хочешь сказать, что не знаешь, кто это?

- Наш автор. Я передавала ему документы.

- Это личный помощник Барышева, куда по странным обстоятельствам утекают все наши перспективные контракты. И ты здесь ни при чём? Или это не ты? Или случайно не указывала в графике своих передвижений встречи с ним?

Меня как громом поразило.

- Ты на Крымскую? Слушай, захвати с собой пакет с актами. Мы задержали немного. Там такой мужик въедливый. Отдай ему в руки. Он как раз в том районе будет."

"И я передавала ему не раз документы то у метро, то у почты, так как не надо отсылать, он сам там будет возле неё как раз, то у входа в парк, мимо которого должна была пройти, по пути своего маршрута. А не отмечала, потому что всегда это было в последний момент, когда я уже записала куда еду в журнале.

И к тому же это всегда было по пути. Смешно, но я даже не задумывалась, почему это так совпадает, что он будет именно в том районе, куда еду я. Встречались мы каждый раз на новом месте, на разных концах города.

Я его хорошо запомнила. Всегда на чёрной машине, молодой, симпатичный. В костюме, вежливый, улыбчивый, несмотря на то, что Марина охарактеризовала его въедливым. При встрече: «Здравствуйте, Катенька!», «До свидания».

Наши встречи были кратки. Я передавала документы, и он тут же уезжал.

Как-то поинтересовалась у Марины, а что он вообще пишет? Та начала допытываться не влюбилась ли я часом, насмешничала, но потом уже успокоившись сказала, что издаёт научные статьи и всем известно, что он гей. Это отбило интерес дальше о нём спрашивать.

Если это помощник Барышева, получается, Марина не могла об этом не знать. А значит, всё сказанное ею мне - ложь. Картина вырисовывалась неприятная. Она просила меня принести документы, в утечке которых теперь обвиняют.