Тату с координатами

Если бы он был, я обязательно заметил бы и доложил. Я такие вещи не пропускаю.

Это я и сам прекрасно знал. Но если ни я, ни Тихомиров, ни другие бойцы, что слышали наш разговор, миномет не видели, то может быть только два варианта – или его не было вовсе, или его куда-то унесли. Только куда – вот в чем вопрос.

Младший сержант Росгвардии мои сомнения прочитал, видимо, по лицу.

– Я в армии минометчиком служил, – объяснил он. – Звук выстрела «Подноса» с другим никогда не спутаю. С армии до сих пор звон в ушах временами стоит.

– Значит, стреляли из «Подноса»? – попросил я уточнения. – По вам стреляли?

– Так точно. Калибр мины «восемьдесят два миллиметра». Мины осколочные. Правда, предварительно они пристрелку почему-то не провели, иначе у нас могли быть серьезные неприятности. Могли бы накрыть всех тремя-четырьмя минами. Но мы и без того от этого обстрела двоих потеряли. А нашему командиру в дополнение к ранению руки шлем повредило.

– Связь у вас со своим штабом имеется?

– Так точно.

– А с командиром?

– Пытались связаться, не получилось. У нас переговорные устройства в кармане. У командира переговорное устройство интегрировано в шлем. Может, как раз осколком мины его и повредило. Потому и не отвечает.

Я на несколько секунд отвлекся, потому что планшетник писком подсказал получение корреспонденции. Пришла, как я и ждал, фотография от Тихомирова. Я проверил качество. Татуировка была вполне читаемая.

"– Понятно. Выходите из ущелья, осматриваете погибших и высчитываете, сколько человек осталось в ущелье. Потом попытайтесь связаться со своим штабом. Пусть они ищут возможность оповестить остальных, что выход свободен. В минном поле мы подготовим для ваших проход. Обозначим каменными «вешками». На земле нарисуем стрелки. Или камнями выложим для надежности, если рисунок не получится. Пусть строго по стрелкам выходят.

– Понял, товарищ старший лейтенант. А вы?

– А это не ваше дело.