Спаси меня

Я набралась смелости глянуть на Джеймса, но его непроницаемое лицо не выдало никакой эмоции, совершенно ничего, что указывало бы на то, что ему могла быть неприятна эта ситуация. Я сглотнула, сжала губы и последовала его примеру.

После собрания у Джеймса и Рэна была математика, а мы с Алистером отправились в восточное крыло на историю искусств. Прежде чем мы попрощались, Джеймс сказал:

– Помни о взбучке.

Хотя его слова были совершенно невинны, я почувствовала, как щеки покраснели. Я проигнорировала это и догнала Алистера, который уже ушел вперед.

Алистер взял инициативу на себя и перед входом в зал искусства притормозил. Отведя нас в сторону, он серьезно посмотрел мне в глаза.

– То, что ты видела в пятницу, – тихо начал он и осекся. Взгляд его метнулся к паре учеников, которые как раз выходили из-за угла. Он кивнул им с притворной улыбкой и подождал, пока они пройдут мимо нас в зал искусства.

– Разумеется, – так же тихо ответила я.

– Нет, Руби, ты не понимаешь. Ты должна пообещать. Поклянись, что никому не расскажешь, – настойчиво шептал Алистер.

– С чего ты взял, что я это сделаю? – ответила я.

– Я… Это только… – Ему снова пришлось сделать паузу, потому что с ним поздоровались, проходя мимо. – Кешав не хотел бы, чтобы кто-нибудь об этом узнал.

Я видела по его глазам, как тяжело ему давались эти слова. Он разом перестал быть для меня заносчивым, богатым щеголем, избивающим людей на поле для игры в лакросс. Сейчас он выглядел ранимым.

Неудивительно. Нет ничего приятного в том, чтобы быть с тем, кто скрывает тебя, как будто ты являешься самой грязной тайной.

– Я никому не расскажу, Алистер. Обещаю.

Он кивнул, и на секунду на его лице возникло облегчение. Потом выражение поменялось, и он задумчиво посмотрел на меня.

– Но если я узнаю, что ты кому-нибудь это выдала, я превращу твою жизнь в ад.

С этими словами он вошел в класс, даже не оглянувшись.

Остаток учебного дня прошел лучше, чем я ожидала. Несколько человек бросали странные взгляды и перешептывались за спиной, но никто не набрался смелости заговорить со мной или дразнить тем, что произошло в пятницу. Вероятно, Джеймс защитил меня уже тем, что проводил утром.

В обеденный перерыв я, как всегда, ела с Лин.