Там, где нас нет

Поговорите с начальником службы размещения, если она разрешит, я с удовольствием…

– Девушка, – грозно сказал Артем у Лёки за плечом. – Вы что, не понимаете?! Человек пропал, давно пропал, не отвечает на звонки! И пропал он, между прочим, в этой вашей гостинице! Так что отвечайте на вопросы!

Девушка насупилась.

– К сожалению, – начала она гранитно-любезным тоном, – я вынуждена повторить, что информация эта конфиденциальная, и я не могу ее разглашать. Возможно, вам поможет начальник службы размещения. А о пропаже людей обычно заявляют в милицию!

Артем оперся обеими руками о конторку, весь подался вперед, будто собираясь ее перемахнуть, и, наверное, вышел бы скандал, если бы Лёка его не остановила.

Остановила в прямом смысле слова, потянув за джинсы.

Он оглянулся. Глаза у него были бешеные.

– Извините нас. – Лёка цепко ухватила его под локоть и поволокла прочь от конторки, в сторону круглого дивана, на котором сидел какой-то человек и читал газету. Еще кипа газет лежала рядом с ним.

– Простите, пожалуйста!

Лёка, не отпуская Артема, потянулась, чтобы поднять, и он неловко наклонился следом за ней, человек потянулся тоже, и получилась некая сумятица и свалка.

– Да не утруждайтесь вы так, я сам подниму!

И только когда он сказал «не утруждайтесь», Лёка его узнала.

– Здрассти, – сказал Платон Легран и поднялся, опять свалив на пол только что водруженные на место газеты.

– Здравствуй… те, – пробормотала Лёка. Шее стало жарко под шарфом и, кажется, щеки налились неприличным морковным румянцем.

– Добрый вечер, – мрачно поздоровался Артем.

Он все оглядывался на конторку и порывался туда, и Лёка его придерживала.

– Артем, это Платон Алексеевич. Он физик и консультировал нас, когда, помнишь, мы строили мост в Белоярске.

Да, да очень глупо, а как прикажете его представлять?! Бывший любовник? Старый друг? С тех пор прошло триста лет и три года?..

Платон подумал и протянул руку.

– Платон, это Артем, начальник нашей службы безопасности и мой большой друг.

– Замечательно, – сказал Платон Легран таким тоном, каким говорят: «какой ужас».

Артем не обратил на него никакого внимания.

– Какими судьбами ты в Санкт-Петербурге? Да еще с охраной! – спросил Платон.

– У нас переговоры, – сквозь зубы выговорила Лёка. – Извини нас, пожалуйста.