Соблазненная

Причем, как выяснилось, сильная. Он окончательно убедился в этом в первую брачную ночь. Ведь он не выжег и половины ее магии.

Это открытие неприятно поразило Хастада. Он имел дело с немалым количеством ведьм. Чью-то силу выжигал, кого-то отправлял в эргастул, а некоторых, бывало, и на костер. Но ни одна на его памяти не могла сравниться по силе с Еленикой…

В дверь кабинет постучали. Хастад нахмурился. Время позднее, кому он мог понадобиться? Приглашая визитера, он надеялся, что это Еленика, но его ждало разочарование: явилась Сильда.

— Что ты хотела? — спросил он, давая понять, что не настроен на долгий диалог.

— Поговорить о твоей жене, — заявила женщина.

— Мне все равно, что вы там не поделили. Женские разборки меня не касаются.

— Но она объявила себя хозяйкой дома! — воскликнула Сильда.

— Она и есть хозяйка.

— Я — жена твоего старшего брата. А это значит, что хозяйкой должна быть я.

— Мой брат умер, теперь ты вдова. Старшей в доме считается жена главы дома, — Хастад не понимал, почему ему приходится объяснять Сильде прописные истины.

— Если бы ты женился на мне, этой проблемы бы не возникло!

Вот оно что. Она опять за старое. Этот разговор был у них сотни раз. В какой-то мере Хастад был рад, когда Глава ордена дал ему задание жениться на ведьме. Не пришлось связывать себя узами брака с Сильдой. Эта женщина никогда ему не нравилась, он не понимал, почему брат выбрал ее. Но свой долг — обеспечить вдову и ее ребенка всем необходим — он, разумеется, выполнит до конца.

— Это пустой разговор, Сильда, — отмахнулся Хастад. — Я уже женат.

— Надолго ли? — хмыкнула она.

— О чем ты?

— Да так… Просто, похоже, ты один доволен этим браком. Смотри, как бы твоя женушка не избавилась от тебя.

Напоминание о том, что Еленика его ненавидит, было болезненным. Он выгнал Сильду из кабинета, а потом еще долго мерил его шагами. Злился. На Сильду — жадную идиотку, на Еленику — проклятую ведьму, но в первую очередь на себя. За то, что думал о жене, фантазировал о ее теле.

Эту ночь Хастад провел в кабинете. Спал на кушетке. Все потому, что боялся: если поднимется на второй этаж, не удержится, зайдет в спальню к жене. Пожалуй, следует вернуть дверь на место. Убрать ее было импульсивным поступком.

Утро началось с визита к Главе ордена. Монган вызвал его для разговора.