Соблазненная

Он один решает жить мне или умереть. И если я хочу выбраться из этой передряги, необходимо придумать, как обойти Хастада в его же игре. В том, что его не очаровать я только что окончательно убедилась. Мне нужен новый план.

Мужчина еще какое-то время наслаждался моей агонией и лишь потом отпустил. Я не упала исключительно потому, что за спиной была стена, к которой можно привалиться.

— Никогда губы ведьмы не коснутся моих, — заявил он. — Тебе не подчинить меня, дрянь.

Мужчина говорил о моих губах как о чем-то ядовитом и опасном, но смотрел иначе.

В его взгляде не было отвращения, там сквозило желание. Когда он глянул ниже на округлый вырез моего платья, блеск в его глазах лишь усилился. Но Хастад сдержался. Дернул плечом, стиснул челюсти и вернул себе контроль. В чем его проблема? Или для охотника постыдно признать, что он хочет ведьму?

— Я вижу, тебе не терпится разделить со мной ложе, — хмыкнул мужчина. — Завтра вечером после свадебного обряда твое желание исполнится, ведьма.

— Я ничего такого…, — сглотнула ком в горле, — не имела в виду.

— Расскажи это кому-нибудь другому.

Мне показалась примечательной эта внезапная фобия моих губ и я не удержалась от шпильки:

— Что и поцелуи будут?

В ответ охотник подарил мне один из своих пронзительных взглядов. Что в нем мелькнуло? Интерес? Мужчина впервые смотрел на меня с любопытством. Кажется, мне удалось его удивить. Не привык он к строптивым ведьмам. Местные, небось, все запуганные.

— И не мечтай, — сказал он.

После этих слов охотник, оставив меня на лестнице, ушел.

Между прочим, забрав единственную свечу.

Мне пришлось добираться до спальни одной, в темноте. На каждом шагу я проклинала мужчину и его твердолобость. Что это вообще было? Мне почудилось или он испугался поцелуя? Вряд ли дело во мне. Скорее, опять заморочки отношений между охотниками и ведьмами. Как же мало я знаю об этом мире! Если хочу выжить, надо срочно восполнять пробелы. Пусть все уснут, и я пойду в библиотеку.

Горло снова болело, а ведь только зажило.

Хорошо, у меня осталась волшебная мазь лекаря. Первое, что я сделала, вернувшись в свою спальню: использовала ее по назначению.

Пока натирала шею, вспоминала руку охотника на себе. Ощущение холодной кожи перчатки. Ее запах, щекочущий ноздри. Мужчина так и не снял их ни разу с того момента, как приехал. В первую брачную ночь он тоже будет в них?

Я передернула плечами, отгоняя неприятные мысли. Подошла к окну — шторм затихал. Страх людей был понятен.