Соблазненная

Я опешила:

— Как ты нашел охотника, согласившегося жениться на ведьме? — из того, что слышала, я четко усвоила одно — ведьмы и охотники ненавидят друг друга. Хозяин острова должен был сделать очень щедрое предложение, чтобы один из них пошел на такое."

"— Твое приданое обойдется мне в целое состояние, — пояснил мужчина. — Плюс я напишу завещание на охотника. Он получит титул и остров после моей смерти.

— Он же убьет меня сразу после свадьбы!

— Тогда ему не достанется остров. Пока я жив, твоего наследства ему не видать.

— А как же Дайре?

— У нее нет проклятого дара твоей матери. Когда придет срок, я выдам ее замуж за Лодана. Он хороший малый. Дайре уедет жить на его остров, как и положено жене.

Все-то у него продумано. Я сникла. Выбора у меня, похоже, нет.

— Расскажи что-нибудь о женихе, — попросила я, смиряясь на время с неизбежным. — Сколько ему лет?

— Охотнику двадцать семь.

Уже что-то. Между женихом и Еленикой всего-то девять лет разницы. Хотя бы не старик.

— Как его зовут?

— Хастад Бринн, — произнес мужчина с придыханием. Видимо, имя известное, оно должно было многое мне сказать, но я лишь кивнула.

Видя, что я не впечатлилась, мужчина добавил:

— Скоро ты сама все о нем узнаешь. Он в паре дней пути от нас.

Едва он это сказал, как к моей правой лопатке словно раскаленную кочергу приложили. Я прямо ощутила фантомный запах паленого мяса. Метка сигнализировала, что охотник уже совсем рядом. Если боль продолжит нарастать, то я буду готова отрубить себе руку, когда он сойдет на берег!

Глава 7

Мне стало плохо прямо в кабинете.

Вызвали лекаря. Тот даже явился и обследовал меня, несмотря на ужас, застывший в его глазах.

— К сожалению, против метки я бессилен, — вынес вердикт лекарь.

— Нельзя ее как-то убрать? — с надеждой спросила я.

— Это невозможно, — отрезвил лекарь. — Метка врожденная. Это не просто шрам на теле, это знак ведьмы.

Врожденная? Как родимое пятно, что ли? Впрочем, польза в метке есть: она предупреждает ведьму о приближении Охотника, и та может избежать встречи с ним. Вот только мне деваться некуда. Поэтому я вынуждена страдать.