Тайная жена

На Хьюго? Но Линкс вооружен!

Тем временем доктор потрогал острие пальцем и, улыбнувшись, повернулся к Флоре. Он относился к тому редкому типу людей, которых улыбка не красит, а еще пуще уродует.

Молодая женщина страшно побледнела, и только нахлестанные щеки ее горели двумя алыми пятнами. С трудом шевеля губами, она выдохнула:

– Вы можете убить меня, сэр, но… я ничего не смогу вам больше сказать. Если вы хотите видеть мою дочь, вам лучше воротиться в деревню.

– Хорошо, – ухмыльнулся Линкс.

 – Я тебя убью, коли ты так настаиваешь, но не теперь, а чуть погодя. Сперва я хочу тебе кое о чем рассказать. Нынче, когда я увидел, как ты гонишь свой воз с соломою прочь от деревни, я вспомнил, как несколько лет назад служил охранником при Северных воротах Парижа…

– Ого! – присвистнул Хьюго. – Интересные новости! Как это тебя туда занесло?

– Чему ты удивляешься? Почему лорда Десмонда туда могло занести, а меня нет? Вот и занесло – только по разные стороны баррикады.

Что ж, такая судьба! – пожал плечами Линкс, и острие, направленное на Флору, задрожало в дюйме от ее горла.

Молодая женщина отпрянула, закрыла глаза, и Хьюго, одной рукой продолжая держать ее, другой обхватил за грудь, как бы прикрывая от Линкса, а на самом деле грубо лапая.

– Ну-ну, дорогая, стой спокойно и не прижимайся ко мне так, не то мы с Линксом подеремся тут из-за тебя.

– Ты хочешь?.. – вскинул брови Линкс. – На здоровье, Хьюго! И клянусь, что я ничего не скажу миледи.

При этом он так усмехнулся, что можно было не сомневаться: еще как скажет.

– Делай свое дело, Линкс, – с досадой сказал Хьюго, убирая руку с груди Флоры. – И не смей стращать меня. Миледи! Подумаешь! Джессика станет миледи, только если я этого захочу, понял?

– А, вот ты о чем… – протянул Линкс. – Ну что же, у нее, похоже, большой выбор. Надо полагать, из двух лордов Макколов она предпочтет достойнейшего, а значит… Ну, хорошо. Сейчас не о том речь.

Я бы хотел докончить свой рассказ о том времени, когда я жил в Париже. Это было веселое время! Одни аристо7 болтались на фонарях, а матушка Луиза8 своим кухонным ножом отсекала головы другим с таким же проворством, как мясник отсекает головы цыплятам. Но аристо, конечно, не сидели и не ждали, пока их поволокут на смерть. Многие из них пытались бежать. Они переодевались в чудовищные лохмотья, мазали свои беленькие ручки и личики сажей.