Тайная малышка от Генерального. Встреча через время

До противоположной стороны, где находился элитный район, ехать от силы двадцать минут.

Я редко бывала в этой части города и сейчас с восхищением разглядывала подсвеченную дорожку, ровный газон, аккуратные особняки и море, спокойно плещущееся неподалёку. Слишком красиво… И слишком отличается от моей привычной жизни…

Марк свернул на дорожку из мелкого гравия и остановил машину перед огромным белокаменным особняком, стоящим на берегу.

Высокий массивный забор окружал ухоженный зелёный газон, подсвеченный ночными фонариками.

Босс вышел первым, помогая мне открыть дверь и протянув свою руку. Я с волнением приняла большую ладонь. Сердце в груди зачастило, будто ему на сегодня ещё не хватило нагрузок, а я быстро отвела взгляд, смутившись собственных чувств.

– Я возьму Соню, – тихо сказал, бесшумно закрывая заднюю дверцу.

Поднял крошку на руки, аккуратно устраивая её поудобнее.

Абрамов медленно направился к дому, и я поспешила следом за ним.

Внутри особняк был не менее красив, чем снаружи – высокие потолки, изящная мебель, картины в дорогих рамах и приятный мягкий свет, наполняющий холл теплом и уютом.

Марк осторожно поднялся по лестнице, а на втором этаже толкнул одну из первых дверей.

– Это гостевая, – шепнул он мне тихо.

Кивнула.

Не могла отделаться от неловкого чувства. Я лишняя тут. Этот дом слишком роскошен для такой, как я…

А Марк тем временем уложил Соню в большую кровать и даже одеялом её с заботой прикрыл. Тихо закрыл дверь за собой, остановившись возле меня в коридоре.

Тишина между нами была почти осязаемой. Я опустила взгляд, пытаясь привести в норму дыхание.

– Марк, спасибо тебе огромное… – прошептала, не поднимая на начальника взгляда. – Ты сегодня нас спас. Обещаю, завтра утром мы уедем, не будем тебя беспокоить…

Абрамов неожиданно взял меня за руку, заставляя на него посмотреть. От этого прикосновения моё сердце забилось в два раза быстрее.

– Катя, вы меня не стесните, – настойчиво произнёс этот невозможный мужчина. – Я только рад таким гостям. Твоя дочка… – его голос неожиданно дрогнул, осип.