Святость и соблазн

Кроме того, на этот раз Руперт имел все основания полагать, что оказанная ей помощь не приведет к тому, что опять придется менять номер телефона или прибегать к помощи закона, как это было в случае с Долорес Перейра, когда та стала слишком настойчива и надоедлива."

"— А как насчет отпечатков пальцев? — спросил он. Пытаясь идентифицировать ее личность, представители власти взяли у Флоренс отпечатки пальцев. — Был ли от них какой-либо прок?

Она подняла на него взгляд, полный разочарования.

— Согласно словам миссис Пибоди, это не дало никаких результатов.

Руперт вновь накрыл ее руку своей.

— В этом есть и своя хорошая сторона. По крайней мере, вы не преступница.

Происшедшая в Флоренс внезапная перемена была поразительной. Ее лицо вдруг приняло холодное, отстраненное выражение, совершенно непохожее на то, к которому он привык за последние несколько дней.

— Не преступница, но, вполне возможно, имею знакомых в преступной среде.

Руперт так не думал, и его несказанно удивило, что такое вообще пришло ей на ум. По роду своей деятельности ему частенько приходилось иметь дело со всевозможными представителями криминального мира и близкими к нему людьми, и он был в состоянии отличить черное от белого. Флоренс могла оказаться кем угодно, только не особой, находящейся не в ладах с законом, — в этом у него не было ни малейшего сомнения.

— Ну и как, вы в состоянии? Позаботиться о себе, я имею в виду.

Медленным движением она вытащила руку из-под его ладони.

— Я знаю, что красный свет светофора велит идти, а зеленый стоять. — Голос Флоренс звучал одновременно раздраженно и утомленно. — Что огонь обжигает, а лед холодит. Что, если идет дождь, надо взять с собой зонт, а если звонит телефон, следует поднять трубку и ответить. Знаю, какой сегодня день, месяц и даже год. Мне кажется, что я умею готовить, а если даже и нет, то знаю о деньгах достаточно, чтобы купить все необходимое.

Руперт пожал плечами.

— Тогда в чем же дело?

— Я не знаю, где живу и чем зарабатываю себе на жизнь. А поскольку мне также неизвестно, есть ли у меня семья, и мне некуда идти, то миссис Пибоди решила, что стационарный уход поможет мне продержаться до тех пор, пока я не буду в состоянии содержать себя сама.

— А что, если… — Замолкнув, он тщательно обдумал свои дальнейшие слова, ведь стоит их произнести, как обратной дороги уже не будет.