Святость и соблазн

Для него нет ничего невозможного…

6

Если бы она не была так чертовски напугана, он непременно расхохотался бы.

— Флоренс, человек на яхте — владелец того белого особняка, мимо которого мы проезжали. Типичный плейбой, и ничего больше. Его здесь знает… я бы сказал, каждая собака, если бы только таким беспородным псам, как Барби, был доступ на его ухоженные лужайки.

Осторожно придерживая загипсованную руку Флоренс, Руперт заглянул ей в глаза, ожидая увидеть в них страх. Однако неожиданно обнаружил совсем не это, и его сердце бешено забилось.

Ее взгляд остановился на губах Руперта.

— Вы абсолютно уверены в этом?

— Абсолютно."

"Флоренс внезапно успокоилась, тело ее разом обмякло. Эй, мы должны немедленно подняться, иначе можем совершить непоправимую ошибку, встревоженно подумал Руперт. Для него уже не было секретом, что он желаете ее. А приоткрытые губы и затуманенный взгляд не оставляли никаких сомнений относительно того, что и Флоренс испытывает те же самые чувства.

Однако он не сделал попытки встать, даже не шевельнулся.

Время для объяснений настанет позднее. Все, о чем Руперт был в состоянии думать сейчас, было совершенство лежащего под ним женского тела и предполагаемая мягкость и сладость замечательных…

Закончить мысль ему так и не удалось. Неосознанным движением он наклонил голову и коснулся соблазнительных теплых губ. Судорожно вздохнув, Флоренс издала легкий стон удовлетворения, свидетельствующий о том, что мысли их текут в одном направлении.

Губы Руперта оказались нежными и влажными.

Флоренс ощутила их вкус и чуть было не растаяла в его объятиях, чуть было не закинула руки ему за голову. И тут ее охватила паника. Нельзя давать Руперту понять это, иначе он решит, что она легкодоступна! Быстро отвернувшись, Флоренс разорвала контакт губ.

Теперь он целовал ее висок, руки его медленными движениями ласкали Флоренс. Руперту не хотелось отпускать ее, на какой-то момент она ответила, и это подействовало на него как глоток вина. Тело отреагировало так сильно, что он не рисковал прижать ее к себе крепче, иначе она бы почувствовала, как сильно он возбужден.

Хоть и неохотно, но Руперт все-таки отстранился от Флоренс. Но тут же решил, что не будет делать вид, словно ничего не произошло. Он мужчина и хотел, чтобы Флоренс видела в нем именно мужчину.

— Почему вы так нервничаете, когда я касаюсь вас? — спросил он, беря ее за подбородок, чтобы не дать отвернуться.

Руперт хотел видеть лицо Флоренс, ее глаза.