Святость и соблазн

 — Она приподнялась повыше. — А что, если мой предыдущий образ жизни оставлял желать много лучшего? Что, если я мошенница или сексуальная маньячка? Вы ведь даже не будете знать, на кого заявлять в полицию!

Руперт хмыкнул.

— Сексуальная маньячка… Звучит заманчиво.

— Это вовсе не смешно.

Подняв руку, он провел пальцами по ее теплой шелковистой щеке.

— А какая еще возможность у вас есть, Флоренс? Либо мой дом, либо государственная клиника.

— Вы оставляете мне не слишком большой выбор, не так ли, Руперт?

— Вернее, у вас имеется не слишком большой выбор, — возразил он.

— Похоже, вы все-таки правы, — со вздохом ответила она. — Постараюсь оправдать ваши ожидания. Хотя, честно говоря, плохо представляю, чего вы от меня ждете.

2

Швейцар в ливрее с подобострастным видом распахнул перед ней двери. Не удостоив его взглядом, она прошествовала по ковровой дорожке, тянущейся от входа в отель к стоящему у тротуара белому автомобилю с откинутым верхом.

Узкое серебряное платье обтягивало ее фигуру.

Но совсем не того, кто шел рядом, с видом собственника поддерживая ее под локоть. Красивый, уверенный в себе итальянец в белой шляпе, белом смокинге и черной шелковой рубашке пребывал в полном согласии с окружающим миром и с самим собой. Не считая, конечно, полицейских нескольких стран, существования которых он позволял себе не замечать.

Остановившись у машины, она повернулась к своему спутнику и протянула руки. Губы ее сложились в обольстительную улыбку, в глазах сияло обещание, в сердце… А вот о том, что было в сердце, она не разрешала себе даже думать. Так было меньше риска выдать себя.

Сцена трогательного прощания двух влюбленных могла бы растрогать любого, кто оказался бы ее свидетелем. Только не крепкого парня с крутым затылком, который сидел за рулем белого автомобиля.

Приняв изящную позу, она любовалась проплывающими мимо красотами Неаполя — ренессансными и барочными церквями и дворцами, уникальными архитектурными ансамблями. Казалось, ничто не может остановить плавного движения автомобиля… Как вдруг он резко затормозил, заставив ее вздрогнуть.