Свет, который не гаснет

Оказывается, Артур мерил шагами беговую дорожку и разговаривал по громкой связи. Услышав Светлану, повернул лицо, кивнул ей. И продолжил беседу. Это был явно деловой разговор, и Света уже собиралась закрыть дверь, когда низкий голос, звучащий из колонки, произнес:

— Артур, если ты мне доверяешь — сделать нужно именно так. Я все просчитал.

Она почти закрыла дверь, когда услышала ответ Артура.

— Доверяю, Марат. Но объясни мне, как мы…

Дверь закрылась."

"Так вот кому принадлежит этот голос. Накрывая на стол, Света думала о том, что этот низкий, с резкими интонациями голос как раз может принадлежать человеку, который отвечает за безопасность крупного бизнеса.

Сзади ее обняли руки, Светлана вздрогнула. Вот ей никогда не удается подойти к Артуру неслышно. А он к ней — регулярно. Мужские губы прижались к женской шее.

— Я соскучился.

Света с наслаждением прижалась спиной к его груди.

— Ужинать будем после?

Артур крепче сжал руки — и со вздохом разжал.

— Увы. Скоро приедет Милана.

Сегодняшней ночью я вряд ли усну. — И, прежде чем совсем отстраниться, потерся щекой о ее щеку. — И тебе не дам, имей в виду.

Раздался дверной звонок. Милана. А завтра — день «Х».

* * *Милана засиделась у них допоздна, и Света пошла ее провожать до машины, несмотря на протесты Артура. «Я быстро. Пожалуйста, не волнуйся», — шепнула Света на ухо Артуру. Ей надо было кое-что спросить у Миланы.

— Милан, что завтра для вас с Артуром представляет самую большую угрозу?

Этот вопрос «в лоб» Света задала, едва они вышли из квартиры.

Милана посмотрела на нее, усмехнулась и покачала чему-то головой, то ли удивляясь, то ли еще что. Но промолчала. И в лифте они ехали тоже молча, а говорить Милана начала, уже когда они вышли из подъезда.

— У деда Бори — и у Артура теперь, соответственно — контрольный пакет акций. Отец будет напирать на слепоту Артура, на то, что он не способен занимать высокий пост в компании из-за своей ущербности. И… и у него есть все шансы убедить в этом совет директоров.

Это и в самом деле непросто и странно, и только упорство Арчи и его безумные идеи… — Милана махнула рукой. — Скорее всего, отец будет припоминать старые грешки Арчи — и наркотики, и аварию, и много чего другого.

— Да как он может такое… публично… о своем сыне… — Светлана даже зажмурилась. Антон Балашов теперь был для нее какой-то неопознанной сущностью. В понимании Светы Полянской люди так поступать не могли. Амеба какая-то.