Суженая мага огня

— Да, у магов такое встречается при близких, нет, очень близких отношениях.

29 Тебе нужна сила, прими её

— Расс, ты работать пришёл или что?! — крикнул один из мужчин, разбирающих завалы.

— Ладно, красавица, я пошёл, — улыбнулся наёмник. — Увидимся!

Парень чмокнул в щёку и убежал.

— Эй, что ты себе позволяешь?! — выкрикнула я вслед.

Расс не обернулся. На щеке остался гореть горячий след чужих губ.

— Он сделал тебе больно, Тлиса? — вскинул голову Рик, удивлённый моим криком.

Я и сама себе удивилась.

Так требовательно и уверенно звучал мой голос: я и забыла, что так умею.

— Нет, всё нормально, малыш. Пошли в дом.

Отворив дверь и придерживая её бедром, я пропустила Рика с кашей в руках и вошла сама, внеся миски.

Поставила на стол и вновь прижалась к двери.

— Я в город, — сказала я. — Вернусь, как смогу. Спасибо за приют, Грета.

— Не за что, — подруга подняла голову от детей. — Ты там это… Береги себя.

— Спасибо.

Я отправилась к Генри, наблюдая по пути разруху, которую принёс дракон городу.

Само собой вспоминались моменты борьбы с чудовищем. То, с каким трудом Генри удерживал дракона магией и то, как из моих рук вырвалось пламя. Я сильно ранила дракона, и он долетел до окраины города и рухнул. Магия огня очень могущественна и опасна, и я всё ещё не могу совладать с собой во время опасности.

Я должна молчать, иначе окажусь перед магистром на суде и погибну!

У дома наместника Хакона стояла охрана из королевских рыцарей: людей Генри.

Так… Что же им сказать? Что я пришла проведать любовника? Посмеются! У меня нет никакого права попасть в дом…

Но я должна!

Я поправила платье, платок и плащ и поднялась на крыльцо.

— Чего тебе, служительница? — оглядел меня хмурым взглядом молодой рыцарь. Теперь он был умыт и побрит, но я всё равно узнала его — это был сэр Самуэль, который дал мне деньги.

А Самуэль меня, слава Пресветлой, не узнал, иначе сразу бы прогнал.

— Я пришла к паладину, чтобы помолиться за него Пресветлой Деве, — сказала я.

— Могу пройти к нему?

Самуэль смерил меня хмурым взглядом из-под кустистых бровей и пропустил.

— Эльса, проводи монахиню к сэру Генриху! — окликнул он служанку. — Ему сейчас любая молитва нужна.

Рыцарь утробно рыкнул, будто смахивая скупую слезу.

Я перешагнула порог. Грудь сжало, колени затряслись, руки похолодели.

Генри! Неужели я сейчас увижу тебя!

Он должно быть сильно ранен. Нужно крепиться, быть сильной.