Суженая мага огня

Надень платье и платок, выглядишь неподобающе!

— Ты возвращаешь меня в послушницы?

— А что ещё с тобой делать?

— Спасибо, Светлая! Но мне сейчас надо идти, я вернусь…

Я отпустила Альбу и попыталась встать, но ноги не удержали, и я снова опустилась на скамью.

— И куда ты в ночь собралась?

— Хочу узнать, как паладин. Он был ранен.

— На другой конец города, одна, ночью?! По разрухе?! Ты еле стоишь, Триса. На что тебе сдался паладин?

— Хочу знать, жив ли…

— Жив. Я только что говорила со стражником, расспросила о новостях.

Усталость всего пережитого глыбой обрушилась на плечи. На другой конец города я, видно и правда, уже не дойду. Сил совсем не осталось. Я была голодна: не ела ничего весь день. Тело ныло и ломило от изнурения. Перед глазами стелился туман.

Пресветлая, прошу, дай Генри выбраться из лап смерти! Арнос, великий бог Света, дай Генри сил!

Ветер ударил в лицо и принёс слабое биение, отголосок силы, запечатанной в хранилище Генри.

Тяжко вздохнула, и вместе с Альбой мы вернулись в кельи. Настоятельница ушла в комнату к монахиням, а меня подхватила Идда, посадила в уголок на скамью и протянула миску жидкой каши.

Дети Греты уже спали по двое на узких скамьях. На столе горела лампа, при свете которой подруги ужинали.

— Ну, что трахнул он тебя? — прыснул Грета. — Признавайся, сколько заплатил?

28 Встреча со старым знакомым

И тут я поняла, что деньги растеряла.

— Я потеряла…

— Как?! — хмыкнула Грета. — Уж там было больше золотого, наверняка!

Грета ревновала. Вот и вся причина её злости на меня. Она завидовала и хотела сама быть на моём месте.

— Паладин не успел мне заплатить, — обрадовала её я. — Напал дракон... Один из его рыцарей бросил мне пару медяков.

— Ну, может, ещё заплатит? — сказала Идда, накрывая меня одеялом и обнимая за плечи.

"Я сжала зубы и промолчала. Очень хотелось, чтобы Генри выжил. Но не из-за денег. И не из-за того, что он обещал мне защиту и обеспечение. Хотя и это очень грело сердце. Просто… он был таким светлым и сильным. Он был Светом, который озарил мою жизнь, и без него она станет черна, как самая чёрная ночь.

Совсем не заметила, как уснула.

— Триса, вставай, — разбудила наутро Идда.

В глаза ударил яркий свет из щели маленького окошка.