Судьба горца

- Да, быть узником Битона нелегко.

- На самом деле, я говорю о том, что Битон ненавидел новорожденного мальчика до такой степени, что даже попытался его убить. А теперь вот Гризель тоже ненавидит его и ее не заботит, останется паренек жив или умрет. Оба они мстят за зло, к которому мальчик не имеет никакого отношения. Наверное, ему тяжело сознавать, что одним своим рождением, он нажил сразу двух сильных врагов. И что же, теперь тот самый человек, что хотел убить Эрика, решил признать его своим сыном. Твой братишка, должно быть, думает, что весь мир вокруг сошел с ума, или, что еще хуже, что это он сам стал сумасшедшим.

Поморщившись, Балфур медленно кивнул. Ему неловко было в этом признаваться, но он не особенно задумывался о чувствах Эрика. Все его мысли сводились к тому, чтобы освободить брата, спасти мальчика из опасной ситуации, в которую его хотел втянуть Битон, и от ядовитых слов, что враг мог нашептать ему в уши. Как бы то ни было, Мэлди права. Должно быть, мальчику невероятно сложно понять все происходящее, и он вполне мог подумать, что является причиной разгоревшейся резни и бед.

Хоть Битон и пытается выдать его за своего сына, Балфур сомневался, что ненависть и гнев этого человека с годами стали меньше. Эрик очень смышлен, возможно, умнее любого из них, но и он, наверняка, сейчас сбит с толку. Подобное смятение и неспособность что-либо понять - одна из немногих вещей, способных вывести из равновесия этого обычно спокойного, милого мальчугана.

- Да, бедняга Эрик, наверняка уже готов рвать на себе волосы, - произнес Балфур, слабо улыбнувшись при мысли о брате.

– Малыш ненавидит, когда не может чего-то понять. Если Битон ничего ему не объяснил, по крайней мере, так, чтобы Эрик сумел распутать этот клубок, то мальчик уже, наверное, готов убить его прямо своими маленькими ручками. Поступок Битона для парня не имеет никакого смысла, а если старик поведал ему о своих целях, и они таковы, как мы предполагаем, то для Эрика это будет выглядеть очень глупо. И, я уверен, все это неимоверно его раздражает.

- Ты рассказываешь о мальчике так, словно терпением он не отличается, - заметила Мэлди.

- Нет, я не то имел в виду. Просто, готов поспорить, что Эрик никогда не научиться быть терпеливым с дураками.

- Вот это я могу понять.

- Эрик – умный парень, настолько, что иногда это даже пугает, но он понимает, что находчивый, острый ум дарован ему Господом. И никогда не порицает тех, кому повезло меньше.