Странный дом. Недетские игры

– Значит, ребенок все же был с ней, – посмотрела Виктория Сергеевна на Гурова.

– Так вот кого она звала, – пробормотал фельдшер.

Александра повернула голову в его сторону.

– Дайте его мне. Куда вы его дели?

– Ну я уж точно ни при чем, – фельдшер растерянно посмотрел на Викторию Сергеевну.

– Сейчас у нее все виноваты, – отозвалась та и тут же снова переключилась на Александру. – С вами был сын?

Александра обвела отчаянным взглядом всех, кто был в салоне автомобиля, и остановила взгляд на Виктории Сергеевне.

– Где мой сын? – прошептала она.

– Это мы и пытаемся выяснить, – ответила Кораблева. – Но сейчас вам нужна помощь. А пока вы здесь, то постарайтесь вспомнить…

– Что произошло, Александра? – перебил следователя Гуров.

Виктория Сергеевна не шевелилась. Не пыталась высвободить рукав из пальцев насмерть перепуганной Александры, а потом погладила ее по руке. Мягкое успокаивающее движение заставило пострадавшую на миг прикрыть глаза, но Гуров понимал, что вряд ли удовольствие заставило ее это сделать.

– Домой возвращались, – вдруг быстро заговорила Александра. – Потом вдруг накрыло… ударили. Нет, сначала сзади, а потом головой прямо в стену. Толкнули. Нарочно толкнули. Сын был рядом… я его руку выпустила, чтобы… чтобы ключ…

– Во что был одет мальчик? – быстро спросила Виктория Сергеевна.

Женщина послушно перевела взгляд на следователя.

– Как выглядит ваш сын? – не отставала Виктория Сергеевна.

– Оранжевый комбинезон, – послушно забормотала Александра, – желтая шапочка с «ушками», серые…

Больше она не произнесла ни слова. Ее глаза закатились, голова скатилась набок.

– Черт! – выругался фельдшер.

Виктория Сергеевна тут же поднялась с сиденья.

– Можем ехать? – с издевкой в голосе спросил фельдшер.

– Можете.

– Вот прям низкий вам поклон.

– Не ерничайте, – не осталась в долгу Кораблева. – Вы без моей помощи до сих пор ее пытались бы уложить. А наш с ней разговор и минуты не занял.

Гуров с Викторией Сергеевной выбрались из «Скорой». Захлопнулись двери, водитель сел в кабину и, громко проклиная припаркованные машины, стал сдавать назад, пытаясь вывести автомобиль на свободу.

Гуров молча пошел в сторону подъезда.