Единственная Миллиардера

– Ладно, Глеб, – говорит он. – Завтра утром придешь с тетей. Но я сразу скажу как есть. Считай, это твой последний шанс. Еще одно нарушение дисциплины и тебе придется искать другую школу.

Нашел чем напугать.

– Завтра продолжим.

Да что тут продолжать? Все ясно. Меня напрягает, что Тамара расстроится, а остальное побоку. Вообще, меня и Тамара не сильно волнует. Но у нас же договор.

Я обещал. Никаких проблем. Никаких прогулов. Пока не получу паспорт, живу по тупым правилам. Тамара не достает, если учусь без двоек.

Второй год мы вместе. Я почти привык. Стараюсь.

– Прости, – пищит кто-то, когда я иду домой.

Я оборачиваюсь и вижу того мелкого пацана. Рыжего. Его недавно к нам перевели, имя я еще не запомнил.

– Отдыхай.

Отворачиваюсь, дальше уйду.

– Эльдар тебе “стрелку” забьет.

– Чего?

– Все ребята так говорят. Когда он вернется, то все. Он никому такого не прощает. Его нельзя бить. Будет “стрелка”.

Рыжий слишком много болтает.

– Ты чего за мной увязался? – спрашиваю.

– Помочь хочу.

– Тогда свали.

– Глеб…

– Я один все решаю.

– Но…

Я оборачиваюсь и снова смотрю на него. Теперь это помогает, и пацан сваливает.

“Стрелка”. Так Эльдар называет то, что его братья приходят и дубасят за школой всех, кто ему не нравится. Раньше так попадали старшеклассники. Теперь я. Надо лучше подготовиться.

– Глеб!

Тамара хватает меня и начинает ощупывать.

Я морщусь. Да что такое?

– Кто тебя избил?

– Никто, – хмурюсь.

– Да на тебе живого места нет.

– Нормально все.

Пробую вырваться из ее рук, но это бесполезно.

– Присядь, надо раны обработать.

– Там пара царапин!

– Кто на тебя напал?"

"– Да так, – понимаю, что тут только правду надо сказать. – Я сам драку начал. Директор теперь с тобой говорить хочет. Опять. Но этот Басаев такой придурок. Он сам нарвался. Я бы ему все зубы выбил. Иначе он ничего не поймет.

Замолкаю. Зря снова про это кино вспомнил. Сейчас Тамара опять начнет рассказывать, что силой ничего не докажешь и рано мне смотреть такие жестокие фильмы.

Но она молчит. Бледная. Волнуется. Ну понятно. И к директору не хочет. Он вроде и не старый, а зануда. Как начнет говорить, спать охота.

– Басаев? – спрашивает Тамара.

Тихо.