Развод. Вспомни, как мы любили

Затем вторую, но уже посильнее.

Третья отзывается звоном в ушах, кожа правой щеки горит, и слышу тяжелый вздох. Оглядываюсь.

Это Виктор.

И как же меня бесит его мрачная собранность. Я вся лохматая, заплаканная дура, а он весь из себя такой виноватый честный красавчик, который выпнул меня с пьедестала королевы-жены до жалкой неудачницы.

Я проиграла.

И понять бы почему.

Где претензии, что я, например, фригидная сука?

Или что я растолстела?

Или что занудная гадина?

А то выходит, что я прекрасная женщина, но любить меня не за что.

— Ты бы хотел такой судьбы своим дочерям? — тихо спрашиваю я.

И мне не важен его ответ, поэтому я торопливо поднимаюсь по лестнице на второй этаж.

И ведь не подкопаешься к нему.

Не изменял.

Отношений не завел.

Не тащился ко мне после другой женщины, и пытался разжечь между нами огонь.

Разжег, но только с моей стороны.

Я девочек отпустила в отпуск со свекровью с планами устроить нам две недели дикой страсти, которая бы нас поджидала по всем уголкам нашего дома."

"В шкафе в нижнем ящике ждет новое откровенное белье, новые игрушки и даже наручники.

Да, я хотела после ужина кокетливо придвинуть Виктору наручники одним пальчиком и признаться, что была плохой девочкой.

Короткий смешок.

Радует, что я получила “я люблю другую” до наручников.

А то вот бы был цирк. Приковал бы меня наручниками к кровати и ошарашил бы меня честным признанием.

Смеюсь, глядя на Виктора. Наверное, стоит сказать ему спасибо, что он не отложил этот вопрос до момента глупых игр.

— Так, визитку я оставила, — к нам выходит Лидия. Перекидывает сумочку через плечо. — И вам есть над чем подумать. Мы все познакомились, и я готова провести вашу семью через развод.

— И берете за это, скорее всего, прилично? — едко интересуюсь я.

— Да, — плывет в прихожую, — но мой прейскурант оправдан.

— Да свалите вы уже! — иду под лестницу и скрываюсь в просторной кладовке, в которой недавно наводила порядок. Повышаю голос. — Стерва!

Если я не буду агрессивной, то опять разрыдаюсь. Лучше буду кричать, рычать, огрызаться, чем заливать на радость моего благородного мужа пол слезами.

Подхватываю черный чемодан из матового пластика на колесиках и выхожу.